Maqivi: Новая страница: «== Encyclopaedia of Islam, THREE == {| |Балкарский (1591 слов) Балкарцы, или Малкар (lı), являются тюркоязычны…»

2019-01-21T17:11:13Z

Новая страница: «== Encyclopaedia of Islam, THREE == {| |Балкарский (1591 слов) Балкарцы, или Малкар (lı), являются тюркоязычны…»

Новая страница

== Encyclopaedia of Islam, THREE ==
{|
|Балкарский (1591 слов)

Балкарцы, или Малкар (lı), являются тюркоязычными мусульманами-суннитами, проживающими в высокогорных долинах рек Баксан / Басхан (Орусбий), Чегем, Холам, Безенги / Бизынги и Малка (р) на Северном Кавказе, в Республике Кабардино-Балкария (столица Нальчик), которая входит в состав Российской Федерации. Их самоназвание - тавлу («альпинист»), а их кабардинские соседи называют их «кушу» (также «альпинист») или бакура. Последнее название, вероятно, связано с ущельем Балкар / Малка, откуда, по-видимому, был принят русский «Балкар» (Волкова, 97). Балкар был навязан в качестве общего этнонима русским чиновничеством в девятнадцатом веке.

Осетины (происхождения алано-ас) на юго-востоке называют балкарцами Асы / Аси, Асионг и Оссон (то есть Ас); тем не менее, в Iron-Osetin балх'айраг вытесняет асы и подобные термины. Картвельские мегрелианцы на западе называют их алани. «Алан» - это термин адреса, используемый балкарцами и карачаевцами (Qaraçaylıla) между собой (Tavkul, Kavkasya, 150; Volkova, 94-5, 97-8). В начале XXI века население Балкара составляло 108 000 человек (2002 год). Они имеют общее происхождение и литературный язык (карачаево-балкарский) с 156 000 до 192 000 карачаевцев в соседней республике Карачаево-Черкесия, к северо-западу (этнология 554-5; Тавкуль, Кафкася, 34; Кушева, 170-1). Как и карачаевцы, они используют имена в зависимости от их населенных пунктов.

Происхождение балкарцев неясно, и были предприняты попытки связать их с гуннами, булгарами, хазарами и куманами-кипчаками (кван-кыпчаками), среди прочих (Кумыков, История, 1: 72-5; Тавкуль, Кафкася). 65-86). По-видимому, они происходят от сочетания коренных народов Северного Кавказа, иранских алано-ас и куманов-кипчаков, которые проникли в прилегающие западно-евразийские степи в середине одиннадцатого века. Их язык явно происходит от куман-кыпчак. Они также связаны с картвельскими сванами (Волкова, 87, 91-3, 178, 180; Алексеев, 200-3; Алексеева, 161-74).

После того, как грузинский правитель Давид (Давид) Агмашенебели (ок. 1089-1125) призвал их сражаться против салуков в Закавказье, кипчаки прошли через Северный Кавказ, особенно земли Алано-Ас (ок. 1118). Связи кипчаков с Грузией и тесный союз с алано-ас продолжались вплоть до монгольских завоеваний тринадцатого века (Golden, Cumanica, 1: 57-86), когда кипчаки искали убежища на Северном Кавказе. Эти тесные связи подтверждаются утверждением Абу-л-Фиды (Таквим, 203) о том, что аланы являются «христианизированными турками», так же как и соседнее «племя турок, называемое аль-асы, которые имеют те же манеры и веру, что и они. »Карачаево-Балкарский календарь имеет названия месяцев и дней недели, которые показывают христианское влияние (Золотой,« Дни », 366-8). Кипчаки в Улусе Джочида, бежавшие от походов Тимура (ок. 1396), возможно, также искали безопасность на Кавказском нагорье (которое также было театром военных действий).

Ссылки на Балкары (Болхары, Балкария), район, связанный с рекой Баксан и ее притоками, которой управляли кабардинские дворяне, впервые появляются в русских документах XVII века. Потребность в равнинных зимних пастбищах привела Балкар к власти кабардинских феодалов (Кушева, 169–71; Волкова, 88–91). Они приняли ислам в семнадцатом и особенно восемнадцатом веках под влиянием крымскотатарского и ногайского языков. Был длительный период синкретизма со старым тюркским культом Тенгри («верховный небесный бог», Балкар: Тейри или Уллу Тейри), все еще важным культом в начале девятнадцатого века, различными другими языческими божествами (например, Уммай, защитником). семьи, известной с древнетюркской эпохи, и Абсаты, бога охоты, вероятно, северокавказского происхождения), а также элементов христианства, которые продолжались в девятнадцатом веке. Усилия по внедрению исламских норм предпринимали шуфы и проповедники из Дагестана и другие миссионеры, которые поселились среди балкарцев и открыли школы, в которых детей учили читать арабский алфавит (Кучмезов, 196-7).

Различные карачаевские и балкарские князья признавали или были взяты под российское господство между 1821 и 1828 годами, а русское завоевание Северного Кавказа было завершено к 1864 году. Кабардино-Балкарская автономная область была создана в составе СССР в 1922 году, и стала Кабардино-Кабо Балкарская автономная республика в 1926 году. В 1944 году карачаевцы и балкарцы (вместе с чеченцами и ингушами на Северном Кавказе) были обвинены в сотрудничестве с немцами и были депортированы в Среднюю Азию (Казахстан) и Сибирь. По оценкам, за этот период они потеряли от 25 до 50 процентов населения (Ethnologue, 555). После реабилитации в 1956 году балкарцы начали возвращаться на Северный Кавказ со своих мест изгнания, а Кабардино-Балкарская республика была восстановлена в 1957 году. Карачаево-балкарский язык был написан слегка измененным арабским шрифтом до 1924 года, когда его заменили. на основе латинского алфавита. Кириллица была принята в 1936 году.

Исторически, балкарское, как и карачаевское, общество было очень сложным. На вершине стоял класс «князей» (бий, таубий, некоторые из которых были обозначены как ак сюйек, или «белая кость», употребление чингисидов), в который входили князья более низкого ранга или сыновья князей (шанка). Балкарские и карачаевские князья (иногда называемые мурзой в русских документах) имели связи опеки (atalıq) и кровного братства (emçek) со своими кабардинскими властителями. Под князьями были благородные оздены («свободные держатели», которые были разделены на три класса и различные подклассы и иногда были более богатыми, чем принцы). В зависимости от ранга они должны были выполнять различные обязанности, такие как военная служба, предоставление мужчинам урожая на полях «князей», уход за своими овцами и коровами и т. Д. Нобелевские кара özdens («черные свободные держатели») ) были разделены на три категории. Под ними находились кара-киши, полусвободные простолюдины, которые обладали свободными владениями, но не могли передать свою верность другому «принцу»: вольникам (азат), крепостным (чагар) и рабам (кулс). Рабы также были разделены на несколько категорий, в том числе ülgülü или jollu quls (которые имели свои собственные дома, имели семьи и могли покупать своих собственных рабов); jolsuz quls (которые не могли владеть собственностью или иметь семьи и были куплены и проданы); и qazaq (мужчины) и qaravash (женщины), которые выполняли самые низкие домашние функции в домах принцев (они не могли жениться или иметь семьи и могли быть проданы или убиты по желанию). Низкий рейтинг özdens и ниже всех предоставляемых услуг для князей. Некоторым крепостным и рабам удалось накопить значительные богатства, в том числе земельные владения. Более того, класс молла развился к концу восемнадцатого-девятнадцатого века. Вышеупомянутые социальные различия были отражены в одежде (например, принцы носили красные сапоги), и они все еще наблюдаются в браках сегодня. Восстания обездоленных не были неизвестны. Российский режим прекратил рабство в Балкарии в 1867 году, но рабам пришлось заплатить «выкуп» (juluw) их владельцам. (Tavkul, Kafkasya Dağlarında, 70-80; Tavkul, Kafkasya, 290; Kusheva, 172-3; Abdulatipov, 154, 156).

В настоящее время балкарцы в основном занимаются разведением крупного рогатого скота, лошадей и овец (которыми они славятся на всем Кавказе), пчеловодством и террасным земледелием. Уникально среди тюркских народов Кавказа, они приняли многих «альпинистских» культурных элементов своих палеокавказских соседей. К ним относятся нартские саги, героическая эпическая традиция, происходящая из алано-ас, к которой балкарцы добавили особенно тюркские элементы (Золотой, «Карачаев-нарт», 149–65) и богатый фольклор, сохранивший многие до Исламские элементы.
|Balkar (1,591 words)

The Balkars, or Malqar(lı), are a Turkic-speaking Sunnī Muslim people living in the upland valleys of the Baksan/Baskhan (Orusbiy), Chegem, Kholam, Bezengi/Bızıngı, and Malka(r) rivers in the North Caucasus, in the Republic of Kabardino-Balkaria (capital: Nal’chik), which forms part of the Russian Federation. Their self-designation is tawlu («mountaineer»), and their Kabardinian neighbours refer to them as Q’ushkh’ǝ (also «mountaineer») or Bǝɬqǝr. The latter name is probably linked to the Balkar/Malka(r) gorge, from which the Russian «Balkar» was apparently adopted (Volkova, 97). Balkar was imposed as a common ethnonym by Russian officialdom in the nineteenth century.

The Osetins (of Alano-As origin), to the southeast, refer to the Balkars as Asy/Asi, Asiæg, and Œsson (i.e. As); however, in Iron-Osetin, balkh’airag is supplanting Asy and similar terms. The Kartvelian Megrelians, to the west, call them Alani. Alan is a term of address used by Balkars and Karachays (Qaraçaylıla) among themselves (Tavkul, Kavkasya, 150; Volkova, 94-5, 97-8). At the beginning of the twenty-first century, the Balkars had a population of 108,000 (2002). They share common origins and a literary language (Karachay-Balkar) with the 156,000 to 192,000 Karachays in the neighbouring Republic of Karachay-Cherkessia, to the northwest (Ethnologue 554-5; Tavkul, Kafkasya, 34; Kusheva, 170-1). Like the Karachays, they use names based on their areas of settlement.

The origins of the Balkars are obscure, and attempts have been made to link them with the Huns, Bulghars, Khazars, and Cuman-Kipchaks (Quman-Qıpçaqs), among others (Kumykov, Istoriya, 1:72-5; Tavkul, Kafkasya, 65-86). They appear to originate from a combination of indigenous North Caucasian peoples, the Iranian Alano-As, and the Cuman-Kipchaks who entered the adjoining western Eurasian steppes in the mid-eleventh century. Their language clearly stems from Cuman-Kipchak. They also have connections with the Kartvelian Svans (Volkova, 87, 91-3, 178, 180; Alekseev, 200-3; Alekseeva, 161-74).

After the Georgian ruler Davit’ (David) Aghmashenebeli (r. 1089—1125) summoned them to fight against the Saljūqs in Transcaucasia, the Kipchaks passed through the North Caucasus, especially Alano-As lands (c. 1118). Kipchak links with Georgia and a close alliance with the Alano-As continued up to the Mongol conquests of the thirteenth century (Golden, Cumanica, 1:57-86), when Kipchaks sought refuge in the North Caucasus. These close ties are confirmed by Abū l-Fidā’s statement (Taqwīm, 203) that the Alāns are "Christianised Turks, " as is also the neighbouring «tribe of the Turks called al-Ās, who have the same manners and faith as they.» The Karachay-Balkar calendar has names of months and days of the week that show Christian influences (Golden, "Days, " 366-8). Kipchaks in the Jochid Ulus, who fled from Timūr’s campaigns (c. 1396), may have also sought safety in the Caucasian highlands (which had been a theatre of operations as well).

References about Balkary (Bolkhary, Balkaria), an area associated with the Baksan River and its tributaries that was ruled by Kabardinian nobles, first appear in seventeenth-century Russian documents. The need for lowland winter pasturages had brought Balkars under the authority of Kabardinian feudal lords (Kusheva, 169-71; Volkova, 88-91). They accepted Islam in the seventeenth and especially eighteenth centuries, under Crimean Tatar and Noghay influences. There was a long period of syncretism with the old Turkic cult of Tengri ("supreme celestial god, " Balkar: Teyri or Ullu Teyri), still an important cult into the early nineteenth century, various other pagan deities (e.g., Ummay, the protectress of the family, known since the Old Turkic era, and Absatı, god of the hunt, probably of North Caucasian origin) as well as elements of Christianity that continued into the nineteenth century. Efforts to implement Islamic norms were carried by Ṣūfīs and preachers from Daghestan and other missionaries who settled among the Balkars and opened schools in which children were taught to read the Arabic alphabet (Kuchmezov, 196-7).

Various Karachay and Balkar princes acknowledged or were brought under Russian overlordship between 1821 and 1828, and the Russian conquest of the North Caucasus was completed by 1864. The Kabardino-Balkar Autonomous Oblast was created within the USSR in 1922, and it became the Kabardino-Balkar Autonomous Republic in 1926. In 1944, the Karachays and Balkars (along with Chechens and Ingush in the North Caucasus) were accused of collaborating with the Germans and were deported to Central Asia (Kazakhstan) and Siberia. They suffered an estimated population loss of 25 percent to 50 percent during this period (Ethnologue, 555). Following their rehabilitation in 1956, Balkars began to return to the North Caucasus from their places of exile and the Kabardino-Balkar Republic was restored in 1957. The Karachay-Balkar language was written in a slightly modified Arabic script until 1924, when it was replaced by a Latin-based alphabet. Cyrillic was adopted in 1936.

Historically, Balkar, as well as Karachay, society was very complex. At the apex stood a class of «princes» (biy, tawbiy, some of whom were designated as aq süyek, or "white-bone, " a Chinggisid usage), which included lower-ranking princes or sons of princes (çankas). Balkar and Karachay princes (sometimes termed murza in Russian documents) had ties of guardianship (atalıq) and blood-brotherhood (emçek) with their Kabardinian overlords. Beneath the princes were noble özdens ("free holders, " who were subdivided into three classes and various subclasses and were sometimes wealthier than princes). Depending on rank, they had to perform various obligations, such as military service, the provision of men to harvest the fields of "princes, " care for their sheep and cows, etc. The non-noble qara özdens («black free holders») were subdivided into three categories. Beneath them were the qara kishis, semi-free commoners who possessed free holdings but could not transfer their allegiance to another «prince;» freedmen (azat), serfs (çagar), and slaves (quls). Slaves, too, were subdivided into several categories, including ülgülü or jollu quls (who owned their own homes, had families, and could purchase their own slaves); jolsuz quls (who could not own property or have families and were bought and sold); and qazaq (males) and qaravash (females), who performed the lowest domestic functions in the homes of princes (they could not marry or have families and could be sold or killed at will). Lower-ranking özdens and below all provided services to the princes. Some serfs and slaves were able to accumulate considerable wealth, including land holdings. Moreover, a class of mollas developed by the late eighteenth-nineteenth century. The foregoing social distinctions were reflected in attire (e.g., princes wore red boots), and they are still observed in marriages today. Revolts of the disadvantaged were not unknown. The Russian regime ended slavery in Balkaria in 1867, but slaves had to pay «redemption» (juluw) to their owners. (Tavkul, Kafkasya Dağlarında, 70-80; Tavkul, Kafkasya, 290; Kusheva, 172-3; Abdulatipov, 154, 156).

At present, the Balkars mostly engage in breeding cattle, horses, and sheep (for which they are famous throughout the Caucasus), bee-keeping, and terraced agriculture. Uniquely among the Turkic peoples of the Caucasus, they have adopted many «mountaineer» cultural elements of their Palaeo-Caucasian neighbors. These include the Nart Sagas, a heroic-epic tradition stemming from the Alano-As, to which the Balkars have added specifically Turkic elements, (Golden, "Qaračay-Nart, " 149-65) and a rich folklore that retains many pre-Islamic elements.
|}{{refbegin3}}
;Sources

Abū l-Fidāʾ, Taqwīm al-buldān. Géographie d’Aboulféda, ed. Joseph T. Reinaud, Baron William MacGuckin de Slane, Paris 1840.

Handbooks/Reference Works

R.G. Abulatipov (ed.), Kavkaz. Istorya, narody, kul’tura, religii, Moscow 2007

Ufuk Tavkul, Kafkasya gerçeği, Istanbul 2007

Valeriĭ A. Tishkov and S.V. Kuleshov (ed.), Rossiĭskiĭ Kavkaz. Kniga dlia politikov, Moscow 2007.

;Studies

Shirin Akiner, Islamic peoples of the Soviet Union, London and Boston 1983

Valeriy P. Alekseev, Proiskhozhdenie narodov Kavkaza, Moscow 1974

E.P. Alekseeva, Drevnyaya i srednevekovaya istoriya Karačaevo-Čerkesii, Moscow 1971

Svetlana M. Červonnaya, Tiurkskiĭ mir v tsentre Severnogo Kavkaza: paradoksy étničeskoĭ mobilizatsii, Moscow 1999

Peter B. Golden, Cumanica I: The Qıpčaqs in Georgia, Archivum Eurasiae Medii Aevi 4 (1984), 45-87

Peter B. Golden, The days of the week in Turkic. Notes on the Cumano-Qıpčaq pattern, AO 48/3 (1995), 363-75

Peter B. Golden, A Qaračay Nart tale of lupine origins: An echo of the Ašina tradition?, in Mehmet Alpargu and Yücel Öztürk (eds.), Omeljan Pritsak Armağanı (Sakarya 2007), 149-65

Raymond G. Gordon, Jr. (ed). Ethnologue. Languages of the World, Dallas 200515 and http://www.ethnologue.com/

Ramazan Karça and Hâmit Zübeyr Koşay, Karaçay-Malkar Türklerinde hayvancılık ve bununla igili gelenekler, Ankara 1954

Boris A. Kaloev, Skotovodstvo narodov Severnogo Kavkaza, Moscow 1993

Budzhigit Kh. Kukhmezov, Iz istorii religioznykh verovanij u balkartsev, Kavkazskiy Sbornik 6, 38 (Moscow 2010), 196—209

Tugan Kh. Kumykov (ed.), Istoriya Kabardino-Balkarskoĭ ASSR, 2 vols., Moscow 1967

Ekaterina N. Kusheva, Narody Svernogo Kavkaza i ikh sviazi s Rossieĭ, vtoraya polovina XVI-30-e gody XVII veka, Moscow 1963

Ismail Miziev (Mızıyev), Istoriya Karačaevo-balkarskogo naroda s drevneĭshikh vremen do prisoedineniya k Rossii, in Bilal Laĭpanov (ed.) As-Alan I (Moscow 1988), 1-100

English version: The history of the Karachay-Balkar peoples from ancient times till joining Russia, trans. R. B. Ivanov, edited H.M. Hubey, 311—414

Boris B. Piotrovskiĭ (ed.), Istoriya narodov Severnogo Kavkaza s drevneĭshikh vremën do kontsa XVIII v., Moscow 1988

Ufuk Tavkul, Kafkasya dağlarında hayat ve kültür, Istanbul 1993

Edgem R. Tenishev (ed.), Karačaevtsy i balkartsy. Yazyk, étnografiya, arxeologiya, fol’klor, Moscow 2001

Nataliya G. Volkova, Étnonimy i plemennye nazvaniya Severnogo Kavkaza, Moscow 1973.

;Cite this page
Golden, Peter B., «Balkar», in: Encyclopaedia of Islam, THREE, Edited by: Kate Fleet, Gudrun Krämer, Denis Matringe, John Nawas, Everett Rowson. Consulted online on 28 January 2017 <http://dx.doi.org/10.1163/1573-3912_ei3_COM_24287>{{refbegin2}}

Обсуждение:Карачаево-балкарский язык - История изменений

Maqivi: Новая страница: «== Encyclopaedia of Islam, THREE == {| |Балкарский (1591 слов) Балкарцы, или Малкар (lı), являются тюркоязычны…»