Подлинность текста Корана: различия между версиями

Материал из Академия Корана
Перейти к навигации Перейти к поиску
Новая страница: «История собирания и кодификации текста Корана основывается на мусульманской традиции.…»
 
Нет описания правки
Строка 1: Строка 1:
История собирания и кодификации текста Корана основывается на мусульманской традиции. Предания на этот счёт, признаваемые улемами, отвечают строгим критериям, выработанным для установления достоверности хадисов. Многие из них не вызывают сомнений в своей надёжности, потому что в каждом поколении множество передатчиков рассказывали их независимо друг от друга. В богословской терминологии такие хадисы называются мутавāтир.
{| class="wikitable" style="float:right; margin-left:2em; width: 310px;"
|colspan="2" |<center>'''Подлинность текста Корана'''</center>
|-
|''{{s|по-арабски}}''||<center></center>
|-
|''категория''||текст Корана, полемика<!--
|-
|''в Коране''||{{hqa8||||||}}; {{hqa9|sura=|}}.
|-
|''синонимы''||-->
|-
|''см. также''||[[развитие текста Корана]], [[искажение Писания]]
|}


До нас не дошли упоминания о сколько-нибудь серьёзных возражениях против муcxафа Абу Бакра или копий, разосланных халифом ‘Усманом. Даже повстанцы, упрекавшие ‘Усмана в злоупотреблении властью и требовавшие его отставки, не предъявляли ему обвинений в искажении Корана. Известно лишь, что авторитетный сподвижник ‘Абдаллах ибн Мас‘уд, поселившийся в Куфе, высказался против назначения Зайда ибн Сабита главой комиссии по переписыванию экземпляров Корана. Он был недоволен тем, что к такой почётной работе привлекли не его самого, сопровождавшего Мухаммада с первых лет пророчества, а сравнительно молодого Зайда. Однако ни Ибн Мас‘уд, ни его ученики не возражали против решения халифа размножить кодифицированный текст. Догмат о подлинности и целостности Корана вообще не является предметом обсуждения мусульманских теологов.
'''По́длинность те́кста Кора́на''' — полемика относительно подлинности мусульманского священного Писания.{{Превью}}


Согласно традиционной точке зрения, священное писание оберегается самим Аллахом и никто не способен привнести в него какие-либо изменения (сура 15 «Хиджр», аят 9). Этого мнения не разделяют лишь некоторые шиитские группы, обвиняющие халифов Абу Бакра и ‘Умара ибн ал-Хаттаба в искажении Корана и исключении из него аятов, указывающих на превосходство ‘Али ибн Абу Талиба и право семьи Пророка на верховную власть (имāма). Однако их претензии не основываются на исторических фактах и научной критике, а носят догматический характер. Ввиду этого, как пишет шотландский арабист У. М. Уотт (ум. 2006), их едва ли можно принять во внимание при современном критическом изучении текста.
== История ==
История [[собирание Корана при жизни Мухаммада|собирания]] и [[кодификация текста Корана|кодификации]] текста [[Коран]]а основывается на мусульманской традиции. Предания на этот счёт, признаваемые богословами, отвечают строгим критериям, выработанным для установления достоверности [[хадис]]ов. Многие из них не вызывают сомнений в своей надёжности, потому что в каждом поколении множество передатчиков рассказывали их независимо друг от друга. В богословской терминологии такие хадисы называются ''мутавāтир''{{sfn|Кулиев|2010|name=ЭМ|loc=[https://e-minbar.com/quranic-studies/istoriya-zapisi-kodifikatsii-teksta-korana-elmir-kuliev/polemika-otnositelno-podlinnosti-teksta-korana Полемика относительно подлинности текста Корана]}}.


Предания, не вписывающиеся в традиционные представления о сложении Корана, в научной литературе называются «альтернативными». Как правило, они отвергаются улемами по причине ненадёжности передатчиков или интерпретируются в рамках традиции, если передатчики заслуживают доверия.
До нас не дошли упоминания о сколько-нибудь серьёзных возражениях против мусхафа [[Абу Бакр]]а {{ра}} или копий, разосланных халифом [[‘Усман]]ом {{ра}}. Даже повстанцы, упрекавшие ‘Усмана {{ра}} в злоупотреблении [[власть]]ю и требовавшие его отставки, не предъявляли ему обвинений в [[Тахриф|искажении]] Корана. Известно лишь, что авторитетный сподвижник [[‘Абдуллах ибн Мас‘уд]] {{ра}}, поселившийся в [[Куфа|Куфе]], высказался против назначения [[Зайд ибн Сабит|Зайда ибн Сабита]] {{ра}} главой комиссии по переписыванию экземпляров Корана. Он был недоволен тем, что к такой почётной работе привлекли не его самого, сопровождавшего Мухаммада {{сас}} с первых лет пророчества, а сравнительно молодого Зайда {{ра}}. Однако ни Ибн Мас‘уд {{ра}}, ни его ученики не возражали против решения халифа размножить кодифицированный текст. Догмат о подлинности и целостности Корана вообще не является предметом обсуждения мусульманских теологов<ref name="ЭМ" />.


Известно, что в богословии достоверность хадисов определяется целостностью и надёжностью иснāда — цепочки передатчиков, с чьих слов предание было записано. Многие собиратели хадисов (в т. ч. Абу Давуд, ат-Тирмизи, Ибн Маджа и др.) включали в свои своды не только достоверные, но и слабые сообщения, нередко указывая на ненадёжность источника. Считается, что это делалось для предостережения мусульман от обращения к подложным преданиям. Вместе с тем именно такого рода хадисы легли в основу гиперкритического подхода к мусульманской традиции, предложенного венгерским исламоведом И. Гольдциером (ум. 1921). Позднее немецкий учёный Й. Шахт (ум. 1969) попытался доказать, что значительная часть хадисов о собирании Корана была сфабрикована в VIII-IХ вв. в процессе религиозно-политической борьбы внутри Халифата.
Согласно традиционной точке зрения, Священное писание оберегается самим Аллахом и никто не способен привнести в него какие-либо изменения {{hqa6|15|9}}. Этого мнения не разделяют лишь некоторые [[ши‘ит]]ские группы, обвиняющие халифов Абу Бакра {{ра}} и [[‘Умар ибн аль-Хаттаба|‘Умара ибн аль-Хаттаба]] {{ра}} в искажении Корана и исключении из него [[аят]]ов, указывающих на превосходство [[‘Али ибн Абу Талиб]]а {{ра}} и право [[семья Пророка|семьи Пророка]] {{ра}} на верховную власть (имамат). Однако их претензии не основываются на исторических фактах и [[наука|научной]] [[критика|критике]], а носят догматический характер. Ввиду этого, как пишет шотландский арабист [[Уильям Монтгомери Уотт|У. М. Уотт]] (ум. 2006), их едва ли можно принять во внимание при современном критическом изучении текста<ref name="ЭМ" />.


Недоверие к мусульманским преданиям ощущается и в сочинениях других известных востоковедов. Например, К. Броккельман (ум. 1956) скептически относился к истории о том, что гибель чтецов Корана в Йамаме послужила поводом для собирания муcxафа Абу Бакра. Он считал, что историки сильно завышают число погибших в том сражении чтецов, поскольку имена большинства из них неизвестны. Итальянский исследователь Л. Каэтани (ум. 1935) даже полагал, что рассказ о составлении муcxафа Абу Бакра является вымыслом. По мнению Дж. Бартона, традиция преувеличивает роль Зайда ибн Сабита в собирании Корана, поскольку при жизни Абу Бакра тот был слишком молод, чтобы ему доверили столь ответственную работу.
Предания, не вписывающиеся в традиционные представления о сложении Корана, в научной литературе называются «альтернативными». Как правило, они отвергаются учёными-богословами по причине ненадёжности передатчиков или интерпретируются в рамках традиции, если передатчики заслуживают доверия<ref name="ЭМ" />.


В целом критические исследования мусульманской традиции ставят целью показать, что окончательный текст Корана сложился не при жизни Мухаммада, а значительно позже как результат редактирования его проповедей. Поводом для такого предположения являются прежде всего признаваемое самими мусульманами отсутствие на момент кончины Мухаммада канонизированного письменного текста памятника и существование некоторых различий между каноническими чтениями, традиционно объясняемое ниспосланием Корана в семи xарфах. Кроме того, как уже было показано, определённые расхождения существовали и между муcxафами, составленными авторитетными сподвижниками Мухаммада. Тем не менее, на наш взгляд, традиционное объяснение всех перечисленных сложностей остаётся более убедительным, чем существующие на сегодняшний день альтернативные гипотезы. Ведь если реальная история Корана была искажена, то остаётся трудно объяснимым, как тысячи улемов, проживавших в географически отдалённых областях и принадлежавших к разным, а порой и соперничавшим идейным школам, вступили в тайный сговор и бесследно уничтожили любые свидетельства борьбы, которая неизбежно должна была сопровождать подобный процесс?
Известно, что в богословии достоверность хадисов определяется целостностью и надёжностью «цепочки передатчиков» (иснада), с чьих слов предание было записано. Многие собиратели хадисов (в том числе [[Абу Давуд]], [[ат-Тирмизи]], [[Ибн Маджах]] и др.) включали в свои своды не только достоверные, но и слабые сообщения, нередко указывая на ненадёжность источника. Считается, что это делалось для предостережения мусульман от обращения к подложным преданиям. Вместе с тем именно такого рода хадисы легли в основу гиперкритического подхода к мусульманской традиции, предложенного венгерским исламоведом [[Игнац Гольдциер|И. Гольдциером]] (ум. 1921). Позднее немецкий учёный Й. Шахт (ум. 1969) попытался доказать, что значительная часть хадисов о собирании Корана была сфабрикована в VIII—IX веках в процессе религиозно-политической борьбы внутри [[Халифат]]а<ref name="ЭМ" />.


Потому не удивительно, что некоторые востоковеды, в частности А. Шпренгер (ум. 1893), У. Мьюир (ум. 1905), Р. Дози (ум. 1883) и особенно И. Фюк (ум. 1974), доверительно относились к мусульманским преданиям. Очень близки к традиционному взгляду на эту проблему и выводы немецкого учёного Ф. Швалли (ум. 1919), исследовавшего корпус хадисов о собирании Корана: имеющийся в нашем распоряжении текст в целом можно считать откровением, которое принёс Мухаммад.
Недоверие к мусульманским преданиям ощущается и в сочинениях других известных востоковедов. Например, [[Карл Броккельман|К. Броккельман]] (ум. 1956) скептически относился к истории о том, что гибель чтецов Корана в Йамаме послужила поводом для собирания мусхафа Абу Бакра {{ра}}. Он считал, что историки сильно завышают число погибших в том сражении чтецов, поскольку имена большинства из них неизвестны. Итальянский исследователь [[Леоне Каэтани|Л. Каэтани]] (ум. 1935) даже полагал, что рассказ о составлении мусхафа Абу Бакра {{ра}} является вымыслом. По мнению Дж. Бартона, традиция преувеличивает роль [[Зайд ибн Сабит|Зайда ибн Сабита]] {{ра}} в собирании Корана, поскольку при жизни Абу Бакра {{ра}} тот был слишком молод, чтобы ему доверили столь ответственную работу<ref name="ЭМ" />.


Другое направление исследований, ставящих целью установление подлинности Корана, связано с критическим анализом самого священного текста. Такие исследования приобрели популярность в середине ХIХ в., когда в корановедении стали использоваться достижения германской школы библеистики. Тем не менее попытки доказать наличие в Коране подложных аятов предпринимались и раньше. Например, французский арабист Сильвестр де Саси (ум. 1838) полагал, что аят «Мухаммад — всего лишь посланник. До него тоже были посланники. Неужели, если он умрёт или будет убит, вы обратитесь вспять?» (сура 3 «Семейство ‘Имрана», аят 144) был добавлен в текст Корана после смерти Мухаммада.
В целом критические исследования мусульманской традиции ставят целью показать, что окончательный текст Корана сложился не при жизни пророка Мухаммада {{сас}}, а значительно позже как результат редактирования его проповедей. Поводом для такого предположения являются прежде всего признаваемое самими мусульманами отсутствие на момент кончины Мухаммада {{сас}} канонизированного письменного текста памятника и существование некоторых различий между каноническими чтениями (кираатами), традиционно объясняемое ниспосланием Корана в семи [[xарф]]ах. Кроме того, как уже было показано, определённые расхождения существовали и между мусхафами, составленными авторитетными сподвижниками Мухаммада {{сас}}. /// Тем не менее, на наш взгляд, традиционное объяснение всех перечисленных сложностей остаётся более убедительным, чем существующие на сегодняшний день альтернативные гипотезы. Ведь если реальная история Корана была искажена, то остаётся трудно объяснимым, как тысячи улемов, проживавших в географически отдалённых областях и принадлежавших к разным, а порой и соперничавшим идейным школам, вступили в тайный сговор и бесследно уничтожили любые свидетельства борьбы, которая неизбежно должна была сопровождать подобный процесс?<ref name="ЭМ" />
 
Потому не удивительно, что некоторые востоковеды, в частности А. Шпренгер (ум. 1893), У. Мьюир (ум. 1905), Р. Дози (ум. 1883) и особенно И. Фюк (ум. 1974), доверительно относились к мусульманским преданиям. Очень близки к традиционному взгляду на эту проблему и выводы немецкого учёного Ф. Швалли (ум. 1919), исследовавшего корпус хадисов о собирании Корана: имеющийся в нашем распоряжении текст в целом можно считать откровением, которое принёс Мухаммад<ref name="ЭМ" />.
 
Другое направление исследований, ставящих целью установление подлинности Корана, связано с критическим анализом самого священного текста. Такие исследования приобрели популярность в середине ХIХ в., когда в корановедении стали использоваться достижения германской школы библеистики. Тем не менее попытки доказать наличие в Коране подложных аятов предпринимались и раньше. Например, французский арабист Сильвестр де Саси (ум. 1838) полагал, что аят «Мухаммад — всего лишь посланник. До него тоже были посланники. Неужели, если он умрёт или будет убит, вы обратитесь вспять?» (сура 3 «Семейство ‘Имрана», аят 144) был добавлен в текст Корана после смерти Мухаммада<ref name="ЭМ" />.


Немецкий историк Густав Вейль пошёл ещё дальше, дав подобную оценку всем аятам, в которых говорится о смертности творений. Он же высказал сомнения относительно подлинности аята о ночном путешествии Пророка (сура 17 «Ночной перенос», аят 1), основываясь на довольно распространённом мнении о том, что Мухаммад якобы называл Коран своим единственным чудом. Однако названные откровения ни в содержательном, ни в стилистическом отношении не выбиваются из контекста, и поэтому перечисленные гипотезы не нашли поддержки у большинства учёных.
Немецкий историк Густав Вейль пошёл ещё дальше, дав подобную оценку всем аятам, в которых говорится о смертности творений. Он же высказал сомнения относительно подлинности аята о ночном путешествии Пророка (сура 17 «Ночной перенос», аят 1), основываясь на довольно распространённом мнении о том, что Мухаммад якобы называл Коран своим единственным чудом. Однако названные откровения ни в содержательном, ни в стилистическом отношении не выбиваются из контекста, и поэтому перечисленные гипотезы не нашли поддержки у большинства учёных.


Известный семитолог Хартвиг Хиршфельд (ум. 1934) относил к числу поздних вставок пять аятов, в которых упоминается имя Мухаммад, считая его вымышленным. Но это предположение опровергается ранними рукописями, в которых Пророк ислама именуется Мухаммадом. Кроме того, согласно историческим сообщениям, мекканские язычники, не признававшие его послания, никогда не возражали против его имени.
Известный семитолог Хартвиг Хиршфельд (ум. 1934) относил к числу поздних вставок пять аятов, в которых упоминается имя Мухаммад, считая его вымышленным. Но это предположение опровергается ранними рукописями, в которых Пророк ислама именуется Мухаммадом. Кроме того, согласно историческим сообщениям, мекканские язычники, не признававшие его послания, никогда не возражали против его имени<ref name="ЭМ" />.
 
Известный немецкий востоковед Т. Нёльдеке (ум. 1930) полагал, что буквенные зачины в некоторых сурах появились в процессе собирания текста Корана после смерти Мухаммада и указывают на имена лиц, которым принадлежали соответствующие списки. Например, буква م обозначает список ал-Мугиры ибн Шу‘бы, ن — список ‘Усмана ибн ‘Аффана, ه — список Абу Хурайры и т. д. И хотя впоследствии сам учёный отказался от этой гипотезы, она довольно долго обсуждалась в научных кругах<ref name="ЭМ" />.


Известный немецкий востоковед Т. Нёльдеке (ум. 1930) полагал, что буквенные зачины в некоторых сурах появились в процессе собирания текста Корана после смерти Мухаммада и указывают на имена лиц, которым принадлежали соответствующие списки. Например, буква م обозначает список ал-Мугиры ибн Шу‘бы, ن — список ‘Усмана ибн ‘Аффана, ه — список Абу Хурайры и т. д. И хотя впоследствии сам учёный отказался от этой гипотезы, она довольно долго обсуждалась в научных кругах.
Гипотезы о том, что текст Корана содержит аяты, включенные после смерти Мухаммада, высказывали и другие авторы, однако все они представляются необоснованными. Напротив, как пишет У. М. Уотт, единство коранического стиля не даёт оснований сомневаться в подлинности дошедшего до нас Корана. Мусульманские авторы обычно аргументируют подлинность памятника наличием в нём укоров в адрес сподвижников и даже жён Пророка (например, сура 8 «Трофеи», аяты 67-68 или сура 66 «Запрещение», аят 4). Если бы текст Корана подвергся редактированию со стороны сподвижников, то они, вероятно, исключили бы из него критические замечания в свой адрес. А поскольку этого не произошло, мы не можем ставить под сомнение их добросовестность<ref name="ЭМ" />.


Гипотезы о том, что текст Корана содержит аяты, включенные после смерти Мухаммада, высказывали и другие авторы, однако все они представляются необоснованными. Напротив, как пишет У. М. Уотт, единство коранического стиля не даёт оснований сомневаться в подлинности дошедшего до нас Корана. Мусульманские авторы обычно аргументируют подлинность памятника наличием в нём укоров в адрес сподвижников и даже жён Пророка (например, сура 8 «Трофеи», аяты 67-68 или сура 66 «Запрещение», аят 4). Если бы текст Корана подвергся редактированию со стороны сподвижников, то они, вероятно, исключили бы из него критические замечания в свой адрес. А поскольку этого не произошло, мы не можем ставить под сомнение их добросовестность.
Однако вопрос о подлинности Корана можно поставить иначе: действительно ли дошедший до нас текст содержит всё, что Мухаммад считал откровением? У. М. Уотт полагает, что вероятность утери некоторых частей Корана всё-таки существует, потому что Зайд ибн Сабит при составлении муcxафа опирался прежде всего на память чтецов. Австралийский ориенталист А. Джеффери (ум. 1959) и ряд других учёных строят подобное предположение на преданиях об отмене аятов, исключённых из окончательного текста Корана<ref name="ЭМ" />.


Однако вопрос о подлинности Корана можно поставить иначе: действительно ли дошедший до нас текст содержит всё, что Мухаммад считал откровением? У. М. Уотт полагает, что вероятность утери некоторых частей Корана всё-таки существует, потому что Зайд ибн Сабит при составлении муcxафа опирался прежде всего на память чтецов. Австралийский ориенталист А. Джеффери (ум. 1959) и ряд других учёных строят подобное предположение на преданиях об отмене аятов, исключённых из окончательного текста Корана.
Таким образом, современное корановедение критически подходит к мусульманским преданиям о сложении текста Корана. В отличие от улемов, единодушно признающих сохранность памятника в том виде, в котором он сложился к концу жизни Пророка Мухаммада, между отечественными и западными востоковедами нет единого мнения на этот счёт. Несмотря на различия в методах и подходах, многие работы на эту тему характеризуются негативной заданностью, которая снижает их научную ценность<ref name="ЭМ" />.


Таким образом, современное корановедение критически подходит к мусульманским преданиям о сложении текста Корана. В отличие от улемов, единодушно признающих сохранность памятника в том виде, в котором он сложился к концу жизни Пророка Мухаммада, между отечественными и западными востоковедами нет единого мнения на этот счёт. Несмотря на различия в методах и подходах, многие работы на эту тему характеризуются негативной заданностью, которая снижает их научную ценность.
Критическая переоценка достижений европейского корановедения в этой области даётся в работах Набии Эббот, Мухаммада Мохара ‘Али, Мухаммада ‘Азами, Мухаммада Сиддики и др. Их труды на английском языке способствовали сближению взглядов мусульманских и западных авторов на историю сложения Корана. Большие возможности для исследования данной проблемы открываются и благодаря переводам раннеисламских богословских трактатов на европейские языки<ref name="ЭМ" />.


Критическая переоценка достижений европейского корановедения в этой области даётся в работах Набии Эббот, Мухаммада Мохара ‘Али, Мухаммада ‘Азами, Мухаммада Сиддики и др. Их труды на английском языке способствовали сближению взглядов мусульманских и западных авторов на историю сложения Корана. Большие возможности для исследования данной проблемы открываются и благодаря переводам раннеисламских богословских трактатов на европейские языки.
{{Литература}}
* {{Корановедение 2010|часть=Полемика относительно подлинности текста Корана|ссылка часть=|часть архив=|часть архив дата=|стр=38-41}}
{{Литература2}}
* {{Ссылка|url=https://e-minbar.com/success-secrets/rassuzhdaya-o-podlinnosti-korana|title=Рассуждая о подлинности Корана|site=E-Minbar.com|info=Электронный минбар|date=26.03.2019|archive=|archive date=|author=Э.Р. Кулиев|name=|lang=ru}}


* [https://e-minbar.com/success-secrets/rassuzhdaya-o-podlinnosti-korana Рассуждая о подлинности Корана]
{{Инфо10|автор = <!-- Maqivi-->
|сортировка =|ссылка =
|публикация =<!-- 2019-03-26 -->|обновление =
|ИЭК = |ЭК =
|ЭИ3 = |ЭИ1 = |ЭИ2 =
|Исламика = |ИЭС1991 =|ИЭС2007 =
|Цитатник = |Википедия=
|уровень = 5|важность = низкая
|язык = проверить |шариат = проверить
|мета= }}


{{Категория
{{Категория
|Текст Корана
|Текст Корана
|Полемика
|Полемика
|
|
|
}}
{{Интервики
|ar=
|az=
|en=
|tr=
}}
}}

Версия от 02:59, 28 марта 2019

Подлинность текста Корана
по-арабски
категория текст Корана, полемика
см. также развитие текста Корана, искажение Писания

По́длинность те́кста Кора́на — полемика относительно подлинности мусульманского священного Писания.

История

История собирания и кодификации текста Корана основывается на мусульманской традиции. Предания на этот счёт, признаваемые богословами, отвечают строгим критериям, выработанным для установления достоверности хадисов. Многие из них не вызывают сомнений в своей надёжности, потому что в каждом поколении множество передатчиков рассказывали их независимо друг от друга. В богословской терминологии такие хадисы называются мутавāтир[1].

До нас не дошли упоминания о сколько-нибудь серьёзных возражениях против мусхафа Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) или копий, разосланных халифом ‘Усманом (да будет доволен им Аллах). Даже повстанцы, упрекавшие ‘Усмана (да будет доволен им Аллах) в злоупотреблении властью и требовавшие его отставки, не предъявляли ему обвинений в искажении Корана. Известно лишь, что авторитетный сподвижник ‘Абдуллах ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах), поселившийся в Куфе, высказался против назначения Зайда ибн Сабита (да будет доволен им Аллах) главой комиссии по переписыванию экземпляров Корана. Он был недоволен тем, что к такой почётной работе привлекли не его самого, сопровождавшего Мухаммада ﷺ с первых лет пророчества, а сравнительно молодого Зайда (да будет доволен им Аллах). Однако ни Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах), ни его ученики не возражали против решения халифа размножить кодифицированный текст. Догмат о подлинности и целостности Корана вообще не является предметом обсуждения мусульманских теологов[1].

Согласно традиционной точке зрения, Священное писание оберегается самим Аллахом и никто не способен привнести в него какие-либо изменения [15:9]. Этого мнения не разделяют лишь некоторые ши‘итские группы, обвиняющие халифов Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) и ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) в искажении Корана и исключении из него аятов, указывающих на превосходство ‘Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах) и право семьи Пророка (да будет доволен им Аллах) на верховную власть (имамат). Однако их претензии не основываются на исторических фактах и научной критике, а носят догматический характер. Ввиду этого, как пишет шотландский арабист У. М. Уотт (ум. 2006), их едва ли можно принять во внимание при современном критическом изучении текста[1].

Предания, не вписывающиеся в традиционные представления о сложении Корана, в научной литературе называются «альтернативными». Как правило, они отвергаются учёными-богословами по причине ненадёжности передатчиков или интерпретируются в рамках традиции, если передатчики заслуживают доверия[1].

Известно, что в богословии достоверность хадисов определяется целостностью и надёжностью «цепочки передатчиков» (иснада), с чьих слов предание было записано. Многие собиратели хадисов (в том числе Абу Давуд, ат-Тирмизи, Ибн Маджах и др.) включали в свои своды не только достоверные, но и слабые сообщения, нередко указывая на ненадёжность источника. Считается, что это делалось для предостережения мусульман от обращения к подложным преданиям. Вместе с тем именно такого рода хадисы легли в основу гиперкритического подхода к мусульманской традиции, предложенного венгерским исламоведом И. Гольдциером (ум. 1921). Позднее немецкий учёный Й. Шахт (ум. 1969) попытался доказать, что значительная часть хадисов о собирании Корана была сфабрикована в VIII—IX веках в процессе религиозно-политической борьбы внутри Халифата[1].

Недоверие к мусульманским преданиям ощущается и в сочинениях других известных востоковедов. Например, К. Броккельман (ум. 1956) скептически относился к истории о том, что гибель чтецов Корана в Йамаме послужила поводом для собирания мусхафа Абу Бакра (да будет доволен им Аллах). Он считал, что историки сильно завышают число погибших в том сражении чтецов, поскольку имена большинства из них неизвестны. Итальянский исследователь Л. Каэтани (ум. 1935) даже полагал, что рассказ о составлении мусхафа Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) является вымыслом. По мнению Дж. Бартона, традиция преувеличивает роль Зайда ибн Сабита (да будет доволен им Аллах) в собирании Корана, поскольку при жизни Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) тот был слишком молод, чтобы ему доверили столь ответственную работу[1].

В целом критические исследования мусульманской традиции ставят целью показать, что окончательный текст Корана сложился не при жизни пророка Мухаммада ﷺ, а значительно позже как результат редактирования его проповедей. Поводом для такого предположения являются прежде всего признаваемое самими мусульманами отсутствие на момент кончины Мухаммада ﷺ канонизированного письменного текста памятника и существование некоторых различий между каноническими чтениями (кираатами), традиционно объясняемое ниспосланием Корана в семи xарфах. Кроме того, как уже было показано, определённые расхождения существовали и между мусхафами, составленными авторитетными сподвижниками Мухаммада ﷺ. /// Тем не менее, на наш взгляд, традиционное объяснение всех перечисленных сложностей остаётся более убедительным, чем существующие на сегодняшний день альтернативные гипотезы. Ведь если реальная история Корана была искажена, то остаётся трудно объяснимым, как тысячи улемов, проживавших в географически отдалённых областях и принадлежавших к разным, а порой и соперничавшим идейным школам, вступили в тайный сговор и бесследно уничтожили любые свидетельства борьбы, которая неизбежно должна была сопровождать подобный процесс?[1]

Потому не удивительно, что некоторые востоковеды, в частности А. Шпренгер (ум. 1893), У. Мьюир (ум. 1905), Р. Дози (ум. 1883) и особенно И. Фюк (ум. 1974), доверительно относились к мусульманским преданиям. Очень близки к традиционному взгляду на эту проблему и выводы немецкого учёного Ф. Швалли (ум. 1919), исследовавшего корпус хадисов о собирании Корана: имеющийся в нашем распоряжении текст в целом можно считать откровением, которое принёс Мухаммад[1].

Другое направление исследований, ставящих целью установление подлинности Корана, связано с критическим анализом самого священного текста. Такие исследования приобрели популярность в середине ХIХ в., когда в корановедении стали использоваться достижения германской школы библеистики. Тем не менее попытки доказать наличие в Коране подложных аятов предпринимались и раньше. Например, французский арабист Сильвестр де Саси (ум. 1838) полагал, что аят «Мухаммад — всего лишь посланник. До него тоже были посланники. Неужели, если он умрёт или будет убит, вы обратитесь вспять?» (сура 3 «Семейство ‘Имрана», аят 144) был добавлен в текст Корана после смерти Мухаммада[1].

Немецкий историк Густав Вейль пошёл ещё дальше, дав подобную оценку всем аятам, в которых говорится о смертности творений. Он же высказал сомнения относительно подлинности аята о ночном путешествии Пророка (сура 17 «Ночной перенос», аят 1), основываясь на довольно распространённом мнении о том, что Мухаммад якобы называл Коран своим единственным чудом. Однако названные откровения ни в содержательном, ни в стилистическом отношении не выбиваются из контекста, и поэтому перечисленные гипотезы не нашли поддержки у большинства учёных.

Известный семитолог Хартвиг Хиршфельд (ум. 1934) относил к числу поздних вставок пять аятов, в которых упоминается имя Мухаммад, считая его вымышленным. Но это предположение опровергается ранними рукописями, в которых Пророк ислама именуется Мухаммадом. Кроме того, согласно историческим сообщениям, мекканские язычники, не признававшие его послания, никогда не возражали против его имени[1].

Известный немецкий востоковед Т. Нёльдеке (ум. 1930) полагал, что буквенные зачины в некоторых сурах появились в процессе собирания текста Корана после смерти Мухаммада и указывают на имена лиц, которым принадлежали соответствующие списки. Например, буква م обозначает список ал-Мугиры ибн Шу‘бы, ن — список ‘Усмана ибн ‘Аффана, ه — список Абу Хурайры и т. д. И хотя впоследствии сам учёный отказался от этой гипотезы, она довольно долго обсуждалась в научных кругах[1].

Гипотезы о том, что текст Корана содержит аяты, включенные после смерти Мухаммада, высказывали и другие авторы, однако все они представляются необоснованными. Напротив, как пишет У. М. Уотт, единство коранического стиля не даёт оснований сомневаться в подлинности дошедшего до нас Корана. Мусульманские авторы обычно аргументируют подлинность памятника наличием в нём укоров в адрес сподвижников и даже жён Пророка (например, сура 8 «Трофеи», аяты 67-68 или сура 66 «Запрещение», аят 4). Если бы текст Корана подвергся редактированию со стороны сподвижников, то они, вероятно, исключили бы из него критические замечания в свой адрес. А поскольку этого не произошло, мы не можем ставить под сомнение их добросовестность[1].

Однако вопрос о подлинности Корана можно поставить иначе: действительно ли дошедший до нас текст содержит всё, что Мухаммад считал откровением? У. М. Уотт полагает, что вероятность утери некоторых частей Корана всё-таки существует, потому что Зайд ибн Сабит при составлении муcxафа опирался прежде всего на память чтецов. Австралийский ориенталист А. Джеффери (ум. 1959) и ряд других учёных строят подобное предположение на преданиях об отмене аятов, исключённых из окончательного текста Корана[1].

Таким образом, современное корановедение критически подходит к мусульманским преданиям о сложении текста Корана. В отличие от улемов, единодушно признающих сохранность памятника в том виде, в котором он сложился к концу жизни Пророка Мухаммада, между отечественными и западными востоковедами нет единого мнения на этот счёт. Несмотря на различия в методах и подходах, многие работы на эту тему характеризуются негативной заданностью, которая снижает их научную ценность[1].

Критическая переоценка достижений европейского корановедения в этой области даётся в работах Набии Эббот, Мухаммада Мохара ‘Али, Мухаммада ‘Азами, Мухаммада Сиддики и др. Их труды на английском языке способствовали сближению взглядов мусульманских и западных авторов на историю сложения Корана. Большие возможности для исследования данной проблемы открываются и благодаря переводам раннеисламских богословских трактатов на европейские языки[1].

Примечания

Литература

Использованная литература
Дополнительная литература

Информация о статье

  • Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
  • Библиографическая ссылка: Подлинность текста Корана [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2026 г.
  • URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Подлинность текста Корана
  • Дата первой публикации:

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи.

Ссылки: 🔎 Просмотр (адм, текста Корана арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде


Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}

  1. ↑ Э.Р. Кулиев Рассуждая о подлинности Корана // E-Minbar.com. (рус.)