Толкование скрытого смысла

Явное и скрытое
по-арабски	الظاهر والباطن
категория	толкование Корана, явное и скрытое
синонимы	захир и батин, гайб
см. также	толкование Корана, скрытое

Развитие мусульманской экзегетики протекало параллельно с эволюцией представлений о существовании у священного текста явной (ар. الظاهِر [з̣а̄хир]‎) и скрытой (ар. الباطِن [ба̄т̣ин]‎) стороны. В одном из преданий (недостоверных с точки зрения традиции) говорится: «У каждого аята есть внешняя и внутренняя сторона, и у каждого харфа есть грань, и для каждой грани есть знающий». И хотя в мусульманских источниках нет надѐжных хадисов на эту тему, восходящих к Пророку Мухаммаду, до нас дошли изречения некоторых сподвижников и та̄бӣинов о многогранности Корана и возможности углубления в его тайны. Например, передают со слов Ибн ‘Аббаса: «В Коране есть стороны и искусства, явные и скрытые. Их чудесам нет конца, и предела их не достичь. Кто углубляется в них осторожно, спасётся, а кто обходится с ними грубо, погибнет». Ранние комментаторы остерегались истолковывать аяты без убедительных аргументов и вопреки их очевидному смыслу, а некоторые из них и вовсе молчали, когда речь заходила о скрытом смысле откровений. Рассказывают, что известный мединский та̄бӣин Са‘ид ибн аль-Мусаййиб, один из наиболее знающих людей своего времени, говорил только об очевидном смысле Корана, а, когда его расспрашивали о большем, умолкал, словно не слышал вопроса. Среди та̄бӣин к комментариям, основанным на умозрительных доводах, чаще других прибегал ‘Икрима ибн ‘Абдуллах, что вызывало неодобрение многих его современников.

Толкование скрытого смысла

Первыми последовательными сторонниками эзотерического истолкования Корана были му‘тазилиты — приверженцы крупного направления в кала̄ме, зародившегося в Ираке в первой половине VIII в. Руководствуясь рационалистическими посылками, они отрицали реальность и извечность божественных качеств, отрицали возможность лицезрения Аллаха после смерти и заступничество в последней жизни, не считали человеческие деяния творениями Аллаха и т. д. Религиозно-политическая доктрина му‘тазилитов допускала насильственное свержение «нечестивой» власти, что сближало их с двумя другими течениями в исламе — шиитами и хариджитами. Для обоснования своих взглядов, во многом противоречащих очевидному смыслу Корана, му‘тазилиты выступали против его буквального понимания и истолкования. Ссылаясь на существование в Коране ясных (мухкам) и неочевидных (муташа̄бих) текстов, они считали возможным истолкование вопреки очевидному смыслу тех аятов, которые не укладывались в их религиозную доктрину, вследствие чего учёные-богословы (улемы) относят их к «сторонникам скрытого смысла». Принципы му‘тазилитского вероучения были окончательно сформулированы в первой половине IX в. благодаря усилиям иракского богослова Абу аль-Хузайла аль-‘Аллафа (ум. 850). Значительный вклад в рационалистическое истолкование Корана внёс кади ‘Абд аль-Джаббар, автор известного полемического трактата Танзӣх аль-К̣ур’а̄н ‘ан мат̣а̄‘ин («Защита Корана от поношений»). Написанный в форме ответов на вопросы, он содержит истолкование только тех аятов, очевидный смысл которых противоречит умозрительным доводам му‘тазилитов. В несколько завуалированной форме му‘тазилитские идеи отражены в тафсире известного хорезмского богослова аз-Замахшари. Его комментарии заслужили высокую оценку многих улемов; они опираются на тонкий анализ лингвистических особенностей текста, отличаются простым и выразительным языком, не содержат недостоверных рассказов и параллелей с библейскими историями, подчёркивают стилистическое совершенство и неподражаемость священного текста. Вместе с тем автор неоднократно допускает высказывания, созвучные с му‘тазилитскими представлениями о том, что человеческие деяния сотворены самими людьми, о невозможности лицезрения Аллаха в последней жизни и т. д.

Большое внимание истолкованию скрытой стороны Корана уделяли и имамиты. Согласно имамитским представлениям, после кончины Пророка Мухаммада ответственность за истолкование откровения легла на имамов богоизбранных предводителей из рода Пророка. Имамиты полагают, что мусхаф ‘Али ибн Абу Талиба содержал не только священный текст, но и разъяснение его скрытого смысла, которому Мухаммад обучил своих ближайших родственников; при составлении списка Абу Бакра сподвижники отбросили эти истолкования, но потомки Пророка сохранили их и передавали из поколения в поколение, пока мусхаф ‘Али не перешёл к «скрытому» имаму Мухаммаду ибн аль-Хасану по прозвищу Махди, т. е. «ведомый прямым путём». Перед наступлением конца света он выйдет из своего укрытия, явит людям мусхаф ‘Али и раскроет коранические тайны, относительно которых люди разошлись во мнениях. Особенность имамитских тафсиров в том, что многие аяты интерпретируются как скрытые указания на превосходство ‘Али и его потомков, а повеления повиноваться Всевышнему — как повеления признать верховную власть имамов из рода Пророка.

Поиском эзотерического смысла в Коране отмечено и творчество суфийских мыслителей Сахла ибн ‘Абдуллаха ат-Тустари (ум. 896), Абу аль-Касима аль-Кушайри (ум. 1072), Мухйи ад-Дина Ибн ‘Араби (ум. 1240), Низам ад-Дина ан-Найсабури (ум. 1446) и др. В сочинениях этих авторов, способствовавших укреплению рационалистских тенденций в мусульманской религиозной мысли и оказавших большое влияние на развитие арабской филологии, нередко встречаются толкования, никак не связанные с очевидным смыслом аятов. Например, Ибн ‘Араби в толковании 12-го аята суры «Саба» пишет, что под «ветром», который был подчинён Пророку Сулайману, подразумевается «практический разум, утвердившийся на троне нафса, что в груди». Некоторые исследователи относят суфийские комментарии к разряду тафсиров, поскольку именно так классифицировали их сами авторы. По мнению других улемов, мистико-философские рассуждения суфиев, далёкие от мусульманского мировосприятия и основанные на «сугубо личных и порой трудноуловимых ассоциациях» (по А. Д. Кнышу), неправильно называть тафсиром. Безусловно, суфийские истолкования, особенно труды Ибн ‘Араби и Джамал ад-Дина аль-Кашани (ум. 1330), оказали большое влияние на развитие логики и теории познания и остаются актуальными для мистико-философского познания окружающей реальности. Однако нельзя отрицать и тот факт, что нередко они выходят за рамки научных и теологических методов текстуального анализа.

Ещё большее место эзотерическому истолкованию Корана отводится в учениях «крайних» шиитов, фаласифа (мыслителей, ориентировавшихся на античные формы философствования) и социально-религиозных движений хуррамитского типа. Именно их мусульманские доксографы называют собственно батинитами, потому что они, в отличие от му‘тазилитов или имамитов, вообще отрицают явный смысл откровений. Главная особенность «крайних» шиитов — чрезмерное, порой переходящее в обожествление почитание ‘Али ибн Абу Талиба и его потомков. Их комментарии несут на себе отпечаток выраженной религиозно-политической направленности. Так, основатель секты мугиритов аль-Мугира ибн Са‘ид аль-‘Иджли (ум. 736) комментировал отказ гор взять на себя ответственность (сура 33 «Союзники», аят 72) как непризнание ‘Умаром ибн аль-Хаттабом прав ‘Али на халифат. Другой «крайний» шиит Абу Мансур аль-‘Иджли считал, что упомянутые в Коране «небеса» символизируют род Мухаммада, а «земля» — их приверженцев — шиитов. Религиозные запреты в Коране он интерпретировал как скрытые указания на имена людей, с которыми следует враждовать, а религиозные повеления — как указания на имена людей, которых обязательно любить. Наиболее ярко эзотерические истолкования Корана проявляются в сочинениях исмаилитов; они апеллировали к скрытому смыслу откровения для обоснования не только своих политических притязаний и установленной внутри движения иерархии «посвящённых», но и особой космогонической теории, в которой были адаптированы идеалистические взгляды неоплатоников.

Особое место среди тафсиров занимают комментарии фаласифа Абу Насра аль-Фараби (ум. 950), Абу ‘Али Ибн Сины (ум. 1037), Абу аль-Валида Ибн Рушда (ум. 1198). Питая искреннюю любовь к философствованию, эти авторы стремились подвести понимание сакрального текста под идеи Платона, Аристотеля и других античных мыслителей, причём на востоке мусульманского мира попытки устранить явные противоречия между религией и философией были более последовательными. Например, согласно Ибн Сине, под небесным «троном» (сура 69 «Неминуемое», аят 17) подразумевается девятая сфера, а под несущими его восемью ангелами — восемь низших сфер. Прибегая к аллегорическому истолкованию аята, он словно пытается освятить представления античных философов о гомоцентрических сферах авторитетом священной книги. В комментарии к «аяту света» (сура 24 «Свет», аят 35), Ибн Сина пишет, что под «небесами и землёй» подразумевается целое, под «нишей» — теоретический разум, под «лампадой» — практический разум, под «благодатным оливковым деревом» — мыслительная способность и т. д. Как видно, в этом толковании совмещаются представления Платона о целом и учение Аристотеля о видах разума. И хотя фаласифа формально признавали основные положения ислама, их воззрения во многом противоречили традиционным представлениям об Аллахе, бытии и душе. Несмотря на это, метафизические и космогонические взгляды фаласифа получили дальнейшее развитие в ряде суфийских учений.

Таким образом, толкование скрытого смысла в Коране в значительной степени отражало идейную борьбу внутри мусульманского мира. Приверженцы кала̄ма опирались на умозрительные доводы для истолкования аятов, не совпадавших с их рациональными посылками. Суфийские шейхи прибегали к мистическому опыту для символико-аллегорического толкования откровений в свете их представлений о мироздании, о духовном пути мистика и т. д. Фаласифа интерпретировали коранический текст, отталкиваясь от античной философской традиции. Различные шиитские течения апеллировали к эзотерическому смыслу аятов для обоснования своих политических претензий. Наконец, традиционалисты подразумевали под скрытым смыслом расширенное, углублённое понимание священного текста, которое открывается учёному после всестороннего ознакомления с его явным смыслом.

Литература

Использованная литература

• Э.Р. Кулиев, Явный и скрытый смысл в Коране // Корановедение: Учебное пособие. — М. : Изд-во МИУ, 2010. — С. 279-282. (рус.; сотр.)

Дополнительная литература

• А.А. Али-заде, Тафсир // Исламский энциклопедический словарь. — М. : Ансар, 2007. (рус.; CC BY 3.0)
• Exegesis of the Qurʾān // Integrated Encyclopedia of the Qurʾān. — Sherwood Park: CIS, 2013—. — Vol. III (E—H). (англ.)
• Manifest and Hidden // Integrated Encyclopedia of the Qurʾān. — Sherwood Park: CIS, 2013—. — Vol. IV (I—O). (англ.)
• Poonawala, I., al-Ẓāhir wa ’l-Bāṭin // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 1960—2005. (англ.)

Информация о статье

• Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Толкование скрытого смысла [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2019 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Zahir-Batin
• Дата первой публикации: 9 июля 2019 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи. Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / of the Qurʾān Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}