Обсуждение:Месть
Encyclopaedia of the Qurʾān
| Отмщение - наказание, причиненное взамен за травму или правонарушение, тесно связанное с понятием возмездия (qv), то есть «возвращаться, как для подобных». В некоторых десятках qur'ānic проходах используется восьмая словесная форма арабского корня nqm для описания Бог как «мстить» грешникам (т. Е. Q 30:47, 32:22, см. Грех, майор и минор), повторители правил, касающихся паломничества (qv, т.е. q 5:95), и людей, которые отвергают его знаки (qv, то есть фараон [qv] и его народ, см. q 7: 136, см. также ложь, вера и неверия, благодарность и неблагодарность). В дополнение к тому, чтобы быть атрибутом Бога (см. Q 3: 4, 5:95, 14:47, 39:37, см. Бог и его атрибуты), месть также является происхождением людей, хотя используются разные лексемы (см. награды, наказания и наказания за дальнейшие обсуждения Божьей мести).
Первое убийство (q.v.) и страх мести в истории человечества произошли вскоре после создания (q.v.) человечества (см. Также кровопролитие, деньги крови). Согласно еврейской Библии, после того, как он был наказан за убийство своего брата Авеля, Каин сказал: «Мое наказание слишком велико, чтобы нести ... любой, кто встретит меня, может убить меня» (Быт. 4: 13-14, см. Каин и Авель) , Вторая заповедь гласит: «Не убивай» (Исх. 20:13). Существует также санкция за убийство: «Тот, кто смертельно ударит человека, должен быть предан смерти» (Исход 21:12) и «... жизнь (qv) для жизни» (там же, 23, см. Также границы и предписания наказание и наказание). Продолжение этого библейского стиха указывает на различные виды убийств, в том числе «глаз для глаза» и «зуб для зуба» и т. Д. (См. Зубы, глаза). Также в еврейской Библии проводится различие между убийством или умышленным убийством и убийством, а также упоминаются города убежища для убийств, совершенных непреднамеренно (Числа 35: 10-31). Стоит сравнить эти стихи с q 5:45 (Sūrat al-Mā'ida, «The Table Spread»): «И в этом [Торе] мы предписывали им жизнь для жизни, глаз для глаз, нос для нос и ухо для уха ... » В период джахилии (см. Возраст невежества) арабская поэзия (см. Арабы, поэзия и поэты) презирает милосердие (q.v.), умеренность (q.v.) и компромисс. Ранняя поэзия прославляет силу, вплоть до убийства, и желание сражаться и мести. Поэт «Амр б. Культум из племени Тахлиба цитируется в Муаллакате: «Ненависть в результате ненависти одолеет тебя» (стих 32); «Потому что пролилась кровь наша, кровь их была потоплена» (стих 42); и «Человек, который причинит вам вред, будет дважды ранен» (стих 51). Даже после появления ислама поэт аль-Мутанабби (д. 354/955) сказал: «Ты убил меня, Бог убьет тебя. Атакуйте врага и убивайте ». Он сказал:« Бог убьет вас », но на самом деле дело будет осуществлено людьми (Goren, древнеармянская поэзия, 17, ср. 30-4, Пеллат, аль-Шакам b .Абдаль, см. Также Фахури, Тарих, 602-50). Коран, напротив, относится к убийству-убийству восемь раз (q 4:29, 92, 93, 5:32, 6: 151, 17:33, 25:68, 50:74), а общая инструкция не должна убийство. Месть, ал-цишна, упоминается четыре раза (q 2: 178, 179, 194, 5:45). Комментарий к этим стихам разъясняет концепцию мести и понятие использования денежных денег вместо мести, а также то, как следует решать проблему (см. Традиционные дисциплины изучения qur'ānic, экзегеза qur'ān: классическая и средневековая). Примером такого юридического объяснения может быть Ибн Кайим аль-Джавзия (д. 751/1350, I'lām, ii, 78-9), который утверждает, что без системы наказаний невозможно иметь правильно функционирующее общество. По его словам, такие наказания имеют сдерживающий эффект. Также обсуждался метод отомстить за убийство. Ибн аль-Кайим утверждает, что убийцу нужно убить мечом, что, по-видимому, причиняет ему меньше страданий, в то время как другие настаивают на том, что убийцу следует казнить так же, как он убил свою жертву. Ибн аль-Касим (д. 191/806), юрист Малики, указывает способ возмездия в зависимости от того, использовал ли убийца палку, камень, огонь или утопил жертву. Ибн Кайим аль-Джавзия (I'lām, ii, 195 и 196) цитирует власти, которые ссылаются на q 2: 194: «И тот, кто атакует вас, нападает на него так, как он нападает на вас» и q 16: 126 «Если вы наказывать [их] наказывать подобным образом, с которым вы пострадали »). Далее, в 2:178 говорится, что месть за убийство свободного человека - это убийство свободного человека, а также раба для раба и женщина для женщины (см. Рабы и рабство, женщины и куран).
Современный юрист Shurayḥ al-Khuzā'ī al-Shinqīṭī (д. 1913) подводит итог классической юриспруденции об ответе на убийство, предлагая три варианта: совершить в отместку, получить дию, а третий - простить без какой-либо оплаты (Ибн Кудама , Mughnī, ix, 381).
Группа, экономика которой основана на наемном труде, будет стремиться к быстрому ссору в крови по сравнению с палаточными обитателями, экономика которых основана на поднятии стад (см. Палатки и штыри для палаток). Все больше и больше бедуинов на постоянной основе поступают на рынок заработной платы (см. Работу). При проведении такой работы бедуин принимает определенную ответственность за регулярное посещение работы. Если по причине конфликта в крови он однажды утром решил, что для него небезопасно, он очень вероятно, что его работа не будет ждать его, когда он решит, что можно вернуться в безопасное место. Желание сохранить свою работу и выгоды от регулярного дохода - это веские причины, позволяющие быстро урегулировать кровавые споры. Основным фактором, влияющим на месть или поселение, является политическое «состояние» мстительной группы. Лидер, стремящийся содействовать сплоченности внутри группы, будет поощрять месть. Взаимная ответственность (q.v.) является конечной обязанностью членов группы, ответственной за участие. Умышленно усиливая напряженность лидер может сделать свою группу осведомленными о своей коллективной ответственности, тем самым способствуя сплоченности групп (см. Маркс, Организация). Даже если лидер не выступает за месть, он может добиться сплоченности, не разрешив соглашение о прекращении огня. Существуют также политические обстоятельства, когда в интересах потерпевшей ¶ группы согласиться на урегулирование (см. Ginat, Blood revenge, 25-6).
|
Vengeance — Punishment inflicted in return for an injury or offense, closely related to the concept of retaliation (q.v.), i.e. «to return like for like.» In some dozen qurʾānic passages the eighth verbal form of the Arabic root n-q-m is employed to describe God as «taking vengeance» upon sinners (i.e. q 30:47; 32:22; see sin, major and minor), repeatviolators of the regulations relating to the pilgrimage (q.v.; i.e. q 5:95) and people who reject his signs (q.v.; i.e. Pharaoh [q.v.] and his people, cf. q 7:136; see also lie; belief and unbelief; gratitude and ingratitude). In addition to being an attribute of God (cf. q 3:4; 5:95; 14:47; 39:37; see god and his attributes), vengeance is also the provenance of humans, although different lexemes are utilized (see reward and punishment and punishment stories for further discussion of God’s vengeance).
The first murder (q.v.) and the fear of revenge in human history occurred soon ¶ after the creation (q.v.) of humankind. According to the Hebrew Bible, after being punished for the murder of his brother Abel, Cain said, «My punishment is too great to bear… anyone who meets me may kill me» (Gen 4:13-14). The second commandment states, «You shall not murder» (Exod 20:13). There is also a sanction for murder, «He who fatally strikes a man shall be put to death» (Exod 21:12) and «… a life (q.v.) for a life» (ibid., 23). The continuation of that biblical verse specifies different types of murder, including «eye for an eye» and "tooth for a tooth, " etc. Also in the Hebrew Bible a distinction is made between murder or premeditated murder and killing, and there is mention of cities of refuge for murders committed unintentionally (Num 35:10-31). It is worth comparing those verses with q 5:45 (Sūrat al-Māʾida, «The Table Spread»): «And in it [the Torah] we prescribed for them life for the life, the eye for the eyes, the nose for the nose and the ear for the ear….» In the jāhiliyya period, Arabic poetry is disdainful of mercy (q.v.), moderation (q.v.) and compromise. The early poetry glorifies force, even to the point of murder, and a desire for battle and revenge. The poet ʿAmr b. Kulthūm, from the tribe of Taghlib, is cited in the Muʿallaqāt: «Hatred as a result of hatred will overcome you» (verse 32); «Because our blood was spilled, their blood was made to flow» (verse 42); and «A person who will harm you will be injured twice as severely» (verse 51). Even after the advent of Islam, the poet al-Mutanabbī (d. 354/ 955) said, «You killed me, God will kill you. Attack the enemy and kill.» He said, "God will kill you, " but in fact the deed will be ¶ carried out by humans (Goren, Ancient Arabic poetry, 17; cf. 30-4; Pellat, al-Ḥakam b. ʿAbdal; see also Fākhūrī, Taʾrīkh, 602-50). The Qurʾān, by contrast, refers to murder-killing eight times (q 4:29, 92, 93; 5:32; 6:151; 17:33; 25:68; 50:74) and the general instruction is not to kill. Vengeance, al-qiṣāṣ, is mentioned four times (q 2:178, 179, 194; 5:45). Commentary on these verses clarifies the concept of vengeance and the notion of using blood money instead of revenge as well as how the issue should be handled. An example of such legal explication would be Ibn Qayyim al-Jawziyya (d. 751/1350; Iʿlām, ii, 78-9) who claims that without a system of punishments it is impossible to have a properlyfunctioning society. According to him, such punishments have a deterrent effect. The method of avenging the murder has also been discussed. Ibn al-Qayyim states that the murderer has to be killed by a sword, which supposedly causes him less suffering, while others insist that a murderer should be executed in the same way as he murdered his victim. Ibn al-Qāsim (d. 191/806), the Mālikī jurist, specifies the mode of retribution depending on whether the murderer used a stick, a stone, fire or drowned the victim. Ibn Qayyim al-Jawziyya (Iʿlām, ii, 195 and 196) cites authorities who refer to q 2:194, «And one who attacks you, attack him in the manner as he attacks you» and q 16:126, «If you punish [them] punish with the like of that wherewith you were afflicted»). Further, q 2:178 states that vengeance for murder of a free man is the murder of a free man and likewise a slave for a slave and a woman for a woman. There are, however, differences of opinion about how to punish a person who ¶ murdered a woman. Some say that he must be executed. Others say that he has to pay the diya, blood money, instead. Another approach emphasizes that, although murder deserves the punishment of death, the woman’s family must pay the murderer’s family the diya for the «difference» — the man being considered more «valuable» than the woman (Aḥmad b. Ḥanbal [d. 241/855] and the Baṣran jurist ʿUthmān b. Sulaymān al-Battī [d. 143/760; cf. van Ess, TG, ii, 156f.] as well as ʿAṭāʾ [d. ca. 114/732] in Shinqīṭī, Aḍwāʾ, 49). Yet another view insists that only the sultan or the imām (q.v.), who represent religious authority in Islam, can decide in an individual case whether the punishment is execution or payment of the diya (Sarakhsī, Mabsūṭ, v, 219; a similar approach can be found in Shinqīṭī, Aḍwāʾ, iii, 375). There is a common agreement among the scholars that when diya is paid instead of execution as revenge, a need to conduct a ṣulḥ is called for, a reconciliation ceremony (Shinqīṭī, Aḍwāʾ, iii, 3). The ṣulḥ ceremony is performed upon receiving the diya, which is based on q 2:178 «and for him who is forgiven somewhat by his (injured) brother (see brother and brotherhood; forgiveness), prosecution according to usage and payment unto him in kindness. This is an alleviation and a mercy from your lord.» A ban on punishing a sleeping man who killed someone exists, a ban which is also applicable for a minor or an insane person (see sleep; maturity; insanity). There is no capital punishment for a master who killed his slave or a father who murdered his son (Ibn Qudāma, Mughnī, ix, 349). The murder of one of the « People of the Book» (q.v.; ahl al-kitāb) i.e. a Jew or Christian (see jews and judaism; christians and christianity), is, however, punishable by death (ibid.); the Prophet executed a Muslim who murdered a person from the ¶ People of the Book, saying «I am the first one who has to fulfill my duties towards the People of the Book. If a Muslim or a person of the People of the Book murders a non-believer (kāfir) he will not be punished and will not have to pay diya either» (ibid., 341). The modern jurist Shurayḥ al-Khuzāʿī al-Shinqīṭī (d. 1913) summarizes the classical jurisprudence on the response to murder by offering three options: to execute in revenge, to receive diya, and the third is to forgive without any payment (Ibn Qudāma, Mughnī, ix, 381). Bedouin (q.v.) and semi-rural Arab societies have behavioral norms which do not always correspond with the instruction of the Qurʾān. Execution as revenge can be carried out by killing any individual adult in the khams, the collective responsibility unit of five generations (cf. Marx, Bedouin, who introduced the term «co-liable group» to define this collective responsibility unit of five generations). Collective responsibility means that each member of the coliable group knows that if he murders someone or even if he kills someone unintentionally without any premeditation, he creates a conflict with the injured co-liable group that might lead to blood revenge, the exile of his co-liable group, or, at the very least, payment of diya. The blood dispute is not ended until there is a reconciliation ceremony or revenge is taken. It is not always the individual who caused the murder upon whom revenge is taken. It can be any member of the murderer’s co-liable group — somebody who is completely innocent and not involved in the original argument may be murdered in revenge in the name of collective responsibility. Although any member of the group can be killed in revenge, members of the injured group will usually try to kill a close relative of the murderer (see Ginat, Blood¶ revenge, 26-30; for diya see al-ʿĀrif, Qaḍāʾ; ʿAbbādī, Min al-qiyam; see also tribes and clans; kinship; everyday life, the qurʾān in). In contrast to the Qurʾān and the ḥadīth instructions, in contemporary Bedouin societies the murder of a woman is revenged by the murder of four men in the case where a man kills a woman. In most such cases there is an attempt to solve the conflict by payment of diya in an amount equal to the diya of four men. A group whose economy is based on wage labor will be anxious to resolve a blood quarrel quickly as compared to tent dwellers whose economy is based on raising herds (see tents and tent pegs). More and more Bedouin are now entering the wage labor market on a permanent basis (see work). In undertaking such work a Bedouin accepts a certain responsibility to attend work regularly. If, for reasons of a blood dispute, he decides one morning that it is unsafe for him to attend, it is highly likely that his job will not be waiting for him when he decides that it is safe to return. The wish to keep one’s job and the benefits of a regular income are strong reasons to make sure that blood disputes are settled quickly. The major factor affecting revenge or settlement is the political «condition» of the avenging group. A leader anxious to promote cohesiveness within the group will encourage revenge. Mutual responsibility (q.v.) constitutes the ultimate obligation of members of a co-liable group. By deliberately increasing tension a leader can make his group aware of their collective responsibility, thus promoting group cohesiveness (cf. Marx, Organization). Even if the leader does not advocate revenge he can achieve cohesion by not permitting a cease-fire agreement. There are also political circumstances where it is in the interest of the injured ¶ group to agree to a settlement (see Ginat, Blood revenge, 25-6). While the Qurʾān and the ḥadīth are the basic laws that govern the determination of punishment for murder, throughout the generations the values, the norms, the ʿurf (tradition) have widened the gap between the original rules and the existing reality. |
- Primary
- Ibn Qayyim al-Jawziyya, Iʿlām al-muwaqqiʿīn ʿan rabb al-ʿālamīn, 4 vols., Beirut 1993
- Ibn Qudāma al-Maqdisī, Muwaffaq al-Dīn and Muḥammad b. Aḥmad Shams al-Dīn, al-Mughnī wa-l-sharḥ al-kabīr, 11 vols. (+ 2 vol. Index), Beirut 1983
- al-Sarakhsī, Abū Bakr Muḥammad b. Aḥmad Shams al-Aʾimma, Kitāb al-Mabsūṭ, 30 vols. in 15, Beirut 1989
- al-Shinqīṭī, al-Shaykh Muḥammad al-Amīn b. Muḥammad al-Mukhtār al-Jakanī, Aḍwāʾ al-bayān fī īḍāḥ al-Qurʾān bi-l-Qurʾān, Beirut 1966, 49.
- Secondary
- A.ʿU. al-ʿAbbādī, Min al-qiyam wa-l-ādāb al-badawiyya, Amman 1976
- ʿĀ. al-ʿĀrif, al- Qaḍāʾ bayna l-badw, Jerusalem 1933
- S. Bar-Zvi, The tradition of justice among the Bedouin of the Negev, Tel Aviv 1991 (in Hebrew)
- Y. Ben-David, Jabaliyya. A Bedouin tribe in the shadow of the monastery, Jerusalem 1981 (in Hebrew)
- van Ess, tg
- Ḥ. al-Fākhūrī, Taʾrīkh al-adab al-ʿarabī, Harisa, Lebanon 1953, 19662
- J. Ginat, Blood revenge. Family honor, mediation, and outcast, Brighton 1997
- A. Goren, Ancient Arabic poetry, Jerusalem 1970 (in Hebrew)
- ʿA. al-Ḥashshāsh, Qaḍāʾ al-ʿurf wa-l-ʿāda, Amman 1991
- H. Lammens, L’Arabie occidentale avant l’hégire, Beirut 1928, 181—236
- G. Lüling, Das Blutrecht (die Blutrache) der archaisch-mythischen Stammesgesellschaft. Zum schriftkulturellen Staatsrecht, in Zeitensprünge 11/2 (1999), 217-27
- E. Marx, Bedouin of the Negev, Manchester 1967
- id., The organization of nomadic groups in the Middle East, in M. Milson (ed.), Society and political structure in the Arab world, New York 1973, 305-35
- Ch. Pellat, al-Ḥakam b. ʿAbdal b. Djabala al-Asadī, in ei2, iii, 72-3
- E.L. Peters, Some structural aspects of the feud among the camel herding Bedouin of Cyrenaica, in Africa 37 (1967), 262-82
- O.C. Procksch, Über die Blutrache bei den vorislamischen Arabern und Mohammeds Stellung zu ihr (Leipziger Studien aus dem Gebiet der Geschichte), Leipzig 1899.