Подлинность текста Корана

Материал из Академия Корана
Перейти к навигации Перейти к поиску
Подлинность текста Корана
по-арабски
категория текст Корана, полемика
см. также развитие текста Корана, искажение Писания

По́длинность те́кста Кора́на — полемика относительно подлинности мусульманского свя­щен­но­го Писания.

История

История собирания и кодификации текста Корана основывается на мусульманской традиции. Предания на этот счёт, признаваемые богословами, отвечают строгим критериям, выработанным для установления достоверности хадисов. Многие из них не вызывают сомнений в своей на­дёж­нос­ти, потому что в каждом поколении множество передатчиков рассказывали их не­за­ви­си­мо друг от друга. В богословской терминологии такие хадисы называются мутавāтир[1].

Согласно мусульманской традиции, Коран был записан на отдельных листах при жизни Пророка Мухаммада, мир ему и благословение Аллаха, и собран в одну книгу вскоре после его смерти. Этот первый полный список Корана был назван мусхафом Абу Бакра — по имени первого праведного халифа. Спустя несколько лет по инициативе третьего халифа ‘Усмана ибн ‘Аффана экземпляры Корана были размножены и разосланы в главные города Халифата. Эти списки были единодушно утверждены сподвижниками, а все ос­таль­ные записи, хранящиеся у них, было решено уничтожить, чтобы спустя годы никто не мог заявить, что у него сохранился фраг­мент священного текста, не вошедший в Коран[2].

До нас не дошли упоминания о сколько-нибудь серьёзных возражениях против мусхафа Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) или копий, разосланных халифом ‘Усманом (да будет доволен им Аллах). Даже повстанцы, упрекавшие ‘Усмана (да будет доволен им Аллах) в злоупотреблении властью и требовавшие его отставки, не предъявляли ему обвинений в искажении Корана. Известно лишь, что авторитетный сподвижник ‘Абдуллах ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах), поселившийся в Куфе, высказался против назначения Зайда ибн Сабита (да будет доволен им Аллах) главой комиссии по переписыванию экземпляров Корана. Он был недоволен тем, что к такой почётной работе привлекли не его самого, сопровождавшего Мухаммада ﷺ с первых лет пророчества, а сравнительно молодого Зайда (да будет доволен им Аллах). Однако ни Ибн Мас‘уд (да будет доволен им Аллах), ни его ученики не возражали против решения халифа размножить кодифицированный текст. Догмат о подлинности и целостности Корана вообще не является предметом обсуждения мусульманских теологов[1].

Верующие мусульмане для доказательства подлинности Корана традиционно ссылаются на коранический аят: «Поистине, Мы нис­пос­ла­ли напоминание, и, поистине, Мы его охраняем» [15:9]. Подлинность текста Корана сохраняется стараниями чтецов, которые бе­реж­но и преданно передавали каждый звук священного текста из уст в уста, и эта традиция продолжается по сегодняшний день: «Это ясные аяты в груди тех, кому даровано знание, и только несправедливые отвергают Наши знамения» [29:49][2]. Этого мнения не разделяют лишь некоторые ши‘итские группы, обвиняющие халифов Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) и ‘Умара ибн аль-Хаттаба (да будет доволен им Аллах) в искажении Корана и исключении из него аятов, указывающих на превосходство ‘Али ибн Абу Талиба (да будет доволен им Аллах) и право семьи Пророка (да будет доволен им Аллах) на верховную власть (имамат). Однако их претензии не основываются на исторических фактах и научной критике, а носят догматический характер. Ввиду этого, как пишет шотландский арабист У. М. Уотт (ум. 2006), их едва ли можно принять во внимание при современном критическом изучении текста. Предания, не вписывающиеся в традиционные представления о сложении Корана, в научной литературе называются «альтернативными». Как правило, они отвергаются учёными-богословами по причине ненадёжности передатчиков или ин­тер­пре­ти­ру­ют­ся в рамках традиции, если передатчики заслуживают доверия[1].

Известно, что в богословии достоверность хадисов определяется целостностью и надёжностью «цепочки передатчиков» (иснада), с чьих слов предание было записано. Многие собиратели хадисов (в том числе Абу Давуд, ат-Тирмизи, Ибн Маджах и др.) включали в свои своды не только достоверные, но и слабые сообщения, нередко указывая на ненадёжность источника. Считается, что это делалось для предостережения мусульман от обращения к подложным преданиям. Вместе с тем именно такого рода хадисы легли в основу гиперкритического подхода к мусульманской традиции, предложенного венгерским исламоведом И. Гольдциером (ум. 1921). Позднее немецкий учёный Й. Шахт (ум. 1969) попытался доказать, что значительная часть хадисов о собирании Корана была сфабрикована в VIII—IX веках в процессе религиозно-политической борьбы внутри Халифата[1].

Несмотря на политические разногласия между мусульманами, возникавшими уже в период Праведных халифов, сам текст Корана никогда ими не оспаривался. Политические и идеологические группировки апеллировали к различным интерпретациям священного текста, но ни одна из них, за исключением некоторых ши‘итов, не упрекала господствующую идеологию в попытках изменить сам текст Корана и навязать эти «поправки» всем остальным мусульманам. Ши‘иты же предпочитают умалчивать о том, что некоторые из их идеологов заявляли об искажении Корана, и не говорят об этом открыто[2].

Если бы Коран был искажён, то внутри исламского мира непременно развернулась бы беспощадная борьба между сторонниками «исправленного» текста и его противниками, которые нашли бы себе убежище в отдалённых областях Магриба или Туркестана. Борьба между ними продолжалась бы несколько десятилетий или даже столетий, и о ней сохранилось бы хоть какие-нибудь сведения. Но ни мусульманские, ни арабские христианские историки того периода даже вскользь не упоминают о конфликтах на почве разногласий относительно подлинности Корана[2].

Западное востоковедение

Недоверие к мусульманским преданиям ощущается и в сочинениях других известных востоковедов. Например, К. Броккельман (ум. 1956) скептически относился к истории о том, что гибель чтецов Корана в Йамаме послужила поводом для собирания мусхафа Абу Бакра (да будет доволен им Аллах). Он считал, что историки сильно завышают число погибших в том сражении чтецов, поскольку имена большинства из них неизвестны. Итальянский исследователь Л. Каэтани (ум. 1935) даже полагал, что рассказ о составлении мусхафа Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) является вымыслом. По мнению Дж. Бартона, традиция преувеличивает роль Зайда ибн Сабита (да будет доволен им Аллах) в собирании Корана, поскольку при жизни Абу Бакра (да будет доволен им Аллах) тот был слишком молод, чтобы ему доверили столь ответственную работу[1].

В целом критические исследования мусульманской традиции ставят целью показать, что окончательный текст Корана сложился не при жизни пророка Мухаммада ﷺ, а значительно позже как результат редактирования его проповедей. Поводом для такого пред­по­ло­же­ния являются прежде всего признаваемое самими мусульманами отсутствие на момент кончины Мухаммада ﷺ ка­но­ни­зи­ро­ван­но­го письменного текста памятника и существование некоторых различий между каноническими чтениями (кираатами), тра­ди­ци­он­но объ­яс­ня­е­мое ниспосланием Корана в семи xарфах. Кроме того, как уже было показано, определённые расхождения су­щест­во­ва­ли и меж­ду мусхафами, составленными авторитетными сподвижниками Мухаммада ﷺ. Некоторые востоковеды, в част­нос­ти А. Шпрен­гер (ум. 1893), У. Мьюир (ум. 1905), Р. Дози (ум. 1883), И. Фюк (ум. 1974), Ф. Швалли (ум. 1919) и другие вос­то­ко­ве­ды до­ве­ри­тель­но относились к мусульманским преданиям[1].

Критический анализ текста

Противники ислама с усердием изучают старинные рукописи Корана в надежде найти хотя бы одно несоответствие с тем текстом Пи­са­ния, который распространён среди мусульман. На основе сличения многочисленных рукописей и фрагментов, датируемых раз­ны­ми столетиями, написаны целые исследования, но оснований для того, чтобы утверждать существование альтернативного Ко­ра­на, как не было, так и нет. Тем не менее в западной ориенталистике распространено мнение, что дошедший до нас текст Корана воз­ник не раньше второго века от Хиджры. Их главный аргумент — отсутствие материальных доказательств существования более ран­них рукописей Корана.

Другое направление исследований, ставящих целью установление подлинности Корана, связано с критическим анализом самого священного текста. Такие исследования приобрели популярность в середине XIX века, когда в корановедении стали использоваться достижения германской школы библеистики. Тем не менее попытки доказать наличие в Коране подложных аятов предпринимались и раньше. Например, французский арабист Сильвестр де Саси (ум. 1838) полагал, что аят «Мухаммад — всего лишь посланник. До него тоже были посланники. Неужели, если он умрёт или будет убит, вы обратитесь вспять?» [3:144] был добавлен в текст Корана после смерти Мухаммада ﷺ[1].

Немецкий историк Густав Вейль пошёл ещё дальше, дав подобную оценку всем аятам, в которых говорится о смертности творений. Он же высказал сомнения относительно подлинности аята о ночном путешествии Пророка [17:1], основываясь на довольно рас­про­стра­нён­ном мнении о том, что Мухаммад ﷺ якобы называл Коран своим единственным чудом. Однако названные откровения ни в со­дер­жа­тель­ном, ни в стилистическом отношении не выбиваются из контекста, и поэтому перечисленные гипотезы не нашли поддержки у большинства учёных.

Известный семитолог Хартвиг Хиршфельд (ум. 1934) относил к числу поздних вставок пять аятов, в которых упоминается имя Му­хам­мад, считая его вымышленным. Но это предположение опровергается ранними рукописями, в которых Пророк ислама име­ну­ет­ся Му­хам­ма­дом. Кроме того, согласно историческим сообщениям, мекканские язычники, не признававшие его послания, никогда не воз­ра­жа­ли против его имени[1].

Известный немецкий востоковед Т. Нёльдеке (ум. 1930) полагал, что буквенные зачины в некоторых сурах появились в процессе собирания текста Корана после смерти Мухаммада ﷺ и указывают на имена лиц, которым принадлежали соответствующие списки. Например, буква م обозначает список аль-Мугиры ибн Шу‘бы (да будет доволен им Аллах), ن — список ‘Усмана ибн ‘Аффана (да будет доволен им Аллах), ه — список Абу Хурайры и т. д. И хотя впоследствии сам учёный отказался от этой гипотезы, она довольно долго обсуждалась в научных кругах[1].

Гипотезы о том, что текст Корана содержит аяты, включенные после смерти Мухаммада, высказывали и другие авторы, однако все они представляются необоснованными. Напротив, как пишет У. М. Уотт, единство коранического стиля не даёт оснований сомневаться в подлинности дошедшего до нас Корана. Мусульманские авторы обычно аргументируют подлинность памятника наличием в нём уко­ров в адрес сподвижников и даже жён Пророка[3]. Если бы текст Корана подвергся редактированию со стороны сподвижников, то они, вероятно, исключили бы из него критические замечания в свой адрес[1].

Существует также вопрос полноты дошедшего до нас текста Корана, бытовавшего во времена пророка Мухаммада ﷺ. У. М. Уотт полагает, что вероятность утери некоторых частей Корана всё-таки существует, потому что Зайд ибн Сабит (да будет доволен им Аллах) при составлении мус­ха­фа опирался прежде всего на память чтецов. Австралийский ориенталист А. Джеффери (ум. 1959) и ряд других учёных строят по­доб­ное предположение на преданиях об отмене аятов, исключённых из окончательного текста Корана[1]. Среди тех, признал под­лин­ность Корана: Гамильтон Гибб, Джон Бертон, Ефим Резван и другие востоковеды.

Таким образом, современное корановедение критически подходит к мусульманским преданиям о сложении текста Корана. В отличие от мусульманских учёных-богословов, единодушно признающих сохранность памятника в том виде, в котором он сложился к концу жизни пророка Мухаммада ﷺ, между отечественными и западными востоковедами нет единого мнения на этот счёт. Несмотря на различия в методах и подходах, многие работы на эту тему характеризуются негативной заданностью, которая снижает их научную ценность[1].

Критическая переоценка достижений европейского корановедения в этой области даётся в работах Набии Эббот, Мухаммада Мохара ‘Али, Мухаммада ‘Азами, Мухаммада Сиддики и др. Их труды на английском языке способствовали сближению взглядов му­суль­ман­ских и западных авторов на историю сложения Корана. Большие возможности для исследования данной проблемы от­кры­ва­ют­ся и благодаря переводам раннеисламских богословских трактатов на европейские языки[1].

Примечания

Литература

Использованная литература

Информация о статье

  • Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
  • Библиографическая ссылка: Подлинность текста Корана [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2019 г.
  • URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Подлинность текста Корана
  • Дата первой публикации: 26 марта 2019 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи.

Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, текста Корана арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде


Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}