Таджикский язык

Эта статья очень короткая (24 877 б). Для того, чтобы статья могла быть опубликована на сайте Академии Корана, её нужно существенно дополнить (более 10 кб). (просмотр, WP, адм)

Таджикский язык (тадж. забо́ни тоҷикӣ) — язык таджиков, государственный язык Республики Таджикистана.

Общие сведения

Таджикский язык от­но­сит­ся к иранской ветви индо-иранских языков индоевропейской семьи. Он признаётся многими лингвистами подвидом или этнолектом персидского языка. Таджикский язык рас­про­стра­нён в Таджикистане, а так­же сре­ди таджикского на­се­ле­ния на вос­то­ке Уз­бе­ки­ста­на, юге Кир­ги­зии, се­ве­ре Аф­га­ни­ста­на; в ка­че­ст­ве вто­ро­го язы­ка и язы­ка ме­жэт­нического об­ще­ния и об­ра­зо­ва­ния – сре­ди на­ро­дов Па­ми­ра, в ка­че­ст­ве до­маш­не­го язы­ка – у многих жи­те­лей Са­мар­кан­да и Бу­ха­ры. Об­щее чис­ло го­во­ря­щих около 8 млн. чел. (2015 г), в том числе в Тад­жи­ки­ста­не св. 6,9 млн. человек (2010 г.).

Вы­де­ля­ют­ся ди­алекты груп­пы: се­вер­ная (го­во­ры Са­мар­кан­да и Бу­ха­ры, Фер­ган­ской до­ли­ны, Ура-Тю­бе, Пенд­жи­кен­та и др.), цен­траль­ная (верх­не­зе­рав­шан­ская), юж­ная (ка­ра­те­гин­ские, ку­ляб­ские, рог­ские и ба­дах­шан­ские го­во­ры), юго-вос­точ­ная (дар­ваз­ская). Литературный таджикский язык вос­хо­дит к клас­сическому но­во­пер­сид­ско­му языку IX-XVI веков. В современную эпо­ху в литературном языке про­изош­ли су­ще­ст­вен­ные из­ме­не­ния в свя­зи с про­цес­сом его сбли­же­ния с разговорным язы­ком. В лек­си­ке, по­ми­мо таджикских и об­ще­иран­ских кор­ней, име­ют­ся за­им­ст­во­ва­ния из арабского, узбекского и русского язы­ков.

Пер­вые ара­бо­гра­фич­ные письменные па­мят­ни­ки такжиксого языка от­но­сят­ся к IX веку. С конце 1920-х годов при­ме­нял­ся ал­фа­вит на ос­но­ве латиницы, с 1939 – на ба­зе кириллицы.

История

Термин «таджик», вероятно происходит от названия арабского племени таййи‘, который, как сообщается, было первым арабским племенем, встреченным персами в доисламские времена. Лахмиды аль-Хиры использовали таййи‘ в качестве пограничников в Ираке, а Ийас ибн Касиба ат-Таи в 602 году фактически принял на себя руководство походами Лахамидов. Таким образом персы применили название племени таййи‘ ко всем арабам. В VII веке арабские войска достигли Мавераннахра и впервые столкнулись с Западно-тюркским каганатом, жители которого постепенно применяли этот термин, сначала ко всем мусульманам (этнические группы которых они ещё не различали), а впоследствии к иранским народам Мавераннахра. Со временем этот термин стал применяться к самой Персии, с которым они к тому времени находились в наиболее тесном контакте.

Тюрки использовали термин «тазик» применительно к оседлым земледельцам и городским жителям. Затем этот термин стал использоваться самими персами. В середине XI века историк Газневидов Абу аль-Фадль Байхаки в своей книге Тарих-и-Мас‘уди сообщает о персидском чиновнике, который говорл о своем народе «ве тазикан», то есть к тому времени это было самоопределение персов в их отношениях с тюркскими правящими и военными классами. Древнетюркский тазик дважды встречается в орхонских надписях первой половины VIII в. для обозначения нетюркских народов Центральной Азии. Термин заимствовался китайцами («та-ше») и тибетцами («стаг-гзиг»=«та-зиг»). Таким образом с первой половины XI века, и особенно с монгольского периода, термин «тазик» противопоставляется термину «тюрк». К XV веку форма «таджик» стала стандартной.

Таким образом, придуманный в Западной Персии для обозначения арабов термин был перенесён персами и парфянами в различные области Центральной Азии. С другой стороны, когда арабы или мусульмане в Центральной Азии упоминаются в источниках, начиная с VIII века, как «тазик», то это должны были быть персы. Следовательно слово, которое первоначально использовалось в значении «араб» или «мусульманин», со временем стало употребляться по отношению к персам.

В конце XIX века в западной провинции Фарс термин «таджик» использовался для обозначения повседневного персидского койне, на котором говорят там, чтобы показать его отличие от истинно иранских диалектов фарса. Это своеобразное употребление может уйти в прошлое до сасанидских времён. В более поздние века исламского периода некоторые тюркские народы Внутренней Евразии ассоциировали термин «таджик» с иранцами, и сособенно торговцев. Таким образом, среди поволжских татар «таджик»/«тазик» стал использоваться как нарицательное «купец, торговец». Согласно одному из первоисточников русского завоевания Казани в 1552 году (рассказ князя Курбского), крепость Казани защищалась «тезитским/тешицким рвом», причем «тезик» объяснено как означающее «торговец».

К XIX веку «таджик» иногда использовался для обозначения восточноиранских народов Хорасана и Мавераннахра, в отличие от собственно персов центральной и западной Персии. Отсюда его особое использование после XX веке для обозначения Таджикистана и используемого там язык (таджики).

2. Историческое развитие термина с тимурских времен. При использовании ранних исламизированных турок в Центральной Азии (Maḥmūd Kās̲h̲g̲h̲arī, Dīwān lug̲h̲āt al-turk, а также в Ḳutadg̲h bu bilig [q.v.]) слово Težīk (наряду с Tāt) появляется как обозначение для «персов». В персидских документах вплоть до 19-го века (в историографических работах начиная с Bayhaḳī) слово регулярно появляется в значении «персы», почти всегда в отграничивающей или контрастирующей комбинации с тюрком. В этом контексте всеобъемлющий термин Turk u Tād̲j̲īk может означать что-то вроде «совокупности субъектов», причем основное внимание здесь уделяется социальным, а не этническим различиям. Эта ситуация становится особенно ясной во времена Тимура (9-15 века). Согласно стереотипным представлениям, обычно формулируемым в этот период, общепринятым было следующее: турки — это воины (ахли-сайф), организованные в племена и сознающие свою родовую принадлежность; таджокцы свободны от всех племенных связей и ведут оседлый образ жизни (крестьяне или городские жители); в ожиданиях других они не воины, а скорее торговцы и, в особенности, торговцы и бюрократы (ахли-чалам). Использование персидского языка не является дифференцирующим критерием: по крайней мере те турки, которые принадлежали к элите, так же хорошо им управляли, как и таджишики. У них, однако, было одно лингвистическое преимущество: они говорили, помимо персидского, на собственном турецком языке, который таджикцы изучали только в исключительных обстоятельствах. По крайней мере, именно так появился контраст с тюркским политиком и поэтом Миром Али Шхширом Навани [q.v.] в придворном обществе позднего Тимурского государства; он принадлежал к классу амиров, то есть ахли, хотя сам он не был активным военным. Функциональная сегрегация тюрков и таджикцев была четко регламентирована в правительстве и дворе тимуридов: существовали два княжеских совета (dīwān), «Turkish Dīwān» (по-персидски dīwān-i umarāʾ, по-турецки Türk dīwāni̊) для племени и военачальники и «персидский диван» бюрократов (по-персидски dīwān-i tād̲j̲īkān, по-турецки sart dīwāni̊; см. Roemer, Staatsschreiben, 169 и далее). Сарт [q.v.] был дальнейшим обозначением таджикского языка, взятого из турецкого употребления, первоначально имевшего явное значение «торговец», «торговец» (для семантического развития термина «сарт» см. Baldauf, 79 и далее).

Таким образом, со времен Тимуридов и далее (и в самой Персии, и в Средней Азии, безусловно, вплоть до 19-го века) термин Tād̲j̲īk использовался, в первую очередь, в контрастной паре турок против таджикской, без какой-либо конкретной региональной корреляции. Два термина имели, если вообще, только частично, этнолингвистическую семантическую составляющую. Тюрк подразумевал также военную доблесть, племенное благородство и другие подобные атрибуты, в то время как Tād̲j̲īk (с его синонимом сарт) означало, наряду с использованием персидского, также оседлый образ жизни, отсутствие племенной принадлежности и часто городской образ жизни и занятие купцов (Брегель, Турко-Монгольские влияния, 63). Члены персидскоязычных племен никогда не назывались таджок.

Такое положение вещей изменилось с колониальным правлением России над Центральной Азией. Во время повторных переписей российской колониальной администрации наблюдения этнографов использовались в качестве статистических категорий по всей империи. Таким образом, среди российских бюрократов стало популярным использование таджикских для тех жителей Заоксании, Фаргханы и Памира, которые говорили на иранских языках и диалектах, в то время как сидячие люди, живущие в городах и сельских районах и говорящие преимущественно на турецком языке (часто, тем не менее, говорящие на двух языках) Статистически был на­зна­чен термин Sart. Это было в значительной степени основано на недоразумении, учитывая, что до тех пор оба термина обоз­на­ча­ли один и тот же тип жителей. Даже тот факт, что большая часть городского сарта / таджижика долины Зарафсхан (Самаранд, Букара) и долины Фаргхшана за последние триста лет стала двуязычной, не учитывался этой новой терминологией , При русском правлении Сарт и Таджи̲йк считались обозначениями для двух этнолингвистических групп, которые считались совершенно разными.

В начале советского периода эта дифференциация получила дальнейшее развитие. Такие литераторы, как Шадр аль-Дин Айни («Бечка», «Садриддин Айни», «Пассим») и «регионалист» и туркестанист Абд аль-Рахуф Финрат («Бечка», таджикская литература, вслед за Бертелем) наложил понятие таджикский на лингвистический термин таджицки (tod̲j̲ikī), который обозначал модернизиро­ванную форму персидского литературного языка как адаптированную к разговорному языку жителей Бу­ха­ры и Самарканда. Айни был также представителем тенденции, одобренной Советами, отделить таджикский язык как персидский (таджикский) говорящий народ от узбеков, которые были задуманы как туркофон. Термин узбекский, до того времени племенное название, отныне также охватывал русский колониальный термин сарт. С образованием в 1929 году Советской Республики Таджи̲икистан (Tod̲j̲ikiston) Таджи̲йк, наконец, стал официальным названием советской титульной нации, а с 1991 года — большинства нации независимой республики [см. Tād̲j̲īkistān]. В Узбекистане таджикский указывает на меньшинство персидских (таджикских) носителей в Бухара, Самарканде, Хасанха-Дарья и в некоторых частях Фаргана, которые в основном двуязычны (узбек, таджикский). После «национального разграничения» в Центральной Азии в 1924 году таджкжики узбекской части долины Зарафсххан подвергались обширному процессу узбекизации. После использования русского колониального времени носителей неперсидских иранских языков и диалектов также назвали Tād̲j̲īk, факт, который привел к дальнейшему беспорядку (Bregel, Notes, 15). В целях дифференциации были введены такие термины, как «Гора Таджи̲йкс» (синоним Гальча); все это были иностранные обозначения, которые, однако, были приняты соответствующими народами под влиянием колониального, а затем советского языкового регулирования.

В Китайской Народной Республике под таджикским языком сегодня почти исключительно подразумеваются носители иранского памирского языка в Синьцзяне (синьцзян [q.v.]), в частности говорящие на сарикули. В Афганистане до сегодняшнего дня именно персоязычное, традиционно малоподвижное и никоим образом не связанное племенами население называется таджикским. В качестве самостоятельного обозначения этот термин, который ранее был более или менее уничижительным, стал приемлемым в течение последних двадцати лет, особенно как сознательное и всеобъемлющее разграничение персидскоязычных афганцев. Самоназначение говорящих на персидском языке в Афгх̲анистане в течение долгого времени чаще всего было Фарсиваном, Фарсибаном или Фарси-гу (у). Тем не менее, даже сегодня таджкийцы не включают в себя все говорящие на персидском языке группы афганцев; он явно сохранил социокультурный семантический компонент. Узбеки в северной части Афганистана, в основном двуязычные и, следовательно, говорящие на персидском языке, считают себя, как и следовало ожидать, явно отличными от таджикских, как и говорящие на персидском языке схиши-хазары [см. Хазары, в Suppl.] И некоторые другие племена. ,

До сегодняшнего дня под влиянием этнографов значение термина Tād regionsj̲īk сохранилось в научной литературе в регионах за пределами Республики Таджикистан, что близко соответствует концепции российской колониальной администрации. Это может быть полезно в качестве соглашения среди ученых, но не имеет ничего общего с историческим и современным значениями термина и самопонимания таджижиков.

Ссылки

В 2009 году был опубликован перевод Корана на таджикском языке тиражом 10,000 экземпляров. Перевод сделан Сафой Каратом, Азимом Камилом и Джумой Габилом при сотрудничестве Международного общества молодых мусульман Киргизии и таджикской общины в этой стране. 3 тысячи экземпляров Корана были распространены в Киргизии, остальные 7 тысяч - в Таджикистане. Это уже второй перевод священного Корана в кириллической транскрипции в Таджикистане.

Литература

Использованная литература

• C.E. Bosworth and B.G. Fragner, Tād̲j̲īk // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 2000. — Vol. X (Tā'—U). — P. 62-64. (англ.)
• I. Steblin Kamensky and J. Bečka, Tād̲j̲īkī // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 2000. — Vol. X (Tā'—U). — P. 64-66. (англ.)

Информация о статье

• Автор: Редакция сайта; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Таджикский язык [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2026 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Таджикский язык
• Дата первой публикации:

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Авторы этой статьи — участники проекта Академии Корана. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи. Ссылки: 🔎 Просмотр (адм, язык арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}