Лукман

Лукман

по-арабски: لقمان‎

дети: сын Лукмана

в Коране: 31:12-13

теги: -

см. также: Идрис, Йусуф, ‘Имран, Талют, Муса, Зу аль-Карнайн, ‘Узайр, аль-Хадир, Баль‘ам ибн Ба‘ура

Лукма́н (ар. ُلُقْمَان‎) — праведник, которому Все­выш­ний Аллах даровал муд­рость. В Ко­ра­не пред­став­лен как единобожник и мудрый отец, даю­щий благо­чес­тивые нас­тав­ле­ния своему сыну [31:12-19]. В более позд­ней исламской литературе известен как ав­тор притч. Его именем наз­ва­на 31-я сура Корана.

В древнеарабской традиции

Арабы Эпохи невежества [джа̄хилиййат̈] знали о некоем Лукмане ибн ‘Аде. Неясна его связь с исчезнувшим племенем ‘адитов. Лукман обладал такими качествами, как муд­рость и долголетие. Многие древне­арабские поэты, в том числе Имру аль-Кайс, ан-На­би­га, аль-А‘ша и Тарафа, сообщают о его мудрости. Быть «таким же мудрым, как» или даже «мудрее, чем Лукман» — стандартные комплименты в панегириках. Из-за его пре­сло­вутой мудрости Лукману приписывают роль архитектора или одного из архи­тек­то­ров знаменитой марибской плотины.

В древнеарабской легенде Лукман назван аль-Му‘аммаром («Долгожителем»). Ему да­ро­вана долгая жизнь, вероятно, в качестве награды за его набожность, в отличие от не­чес­тия его народа. Из нескольких предложенных ему вариантов он выбирает про­дол­жи­тель­ность жизни семи орлов, причём орёл [наср] является са­мым по­пу­ляр­ным символом долголетия среди арабов. Лукман по очереди заботится и защи­ща­ет каж­до­го из своих семи орлов. Последнего зовут Любад, что означает «вы­дер­жи­ваю­щий» или «остаю­щийся». Однако в конце концов он умирает, а с ним и Лук­ман. Эта исто­рия при­водится в объяснение старой арабской пословицы «Вечность [аль-абад] пере­живёт Лю­бад». Согласно разным версиям, Лукман прожил 560, 1000, 3000 или 3500 лет. В ис­лам­ские времена он считается вторым по продолжитель­ности жизни пос­ле аль-Ха­ди­ра.

Трудно понять, какие детали, помимо этого основного ядра, имеют доисламское про­ис­хож­дение и что является трудом более поздних мусульманских передатчиков. Пре­да­ния, включающие Лукмана в число послов, посланных к поражённым засухой ‘ади­та­ми для молитвы о дожде у Каабы [аль-Ка‘­бат̈], могут иметь свои корни в языческих мекканских сказаниях.

В Коране и исламских преданиях

Сура Лук̣­ма̄н (31, «Лук­ман»), относящаяся к третьему мекканскому периоду, носит имя Лукмана. В Коране не делается ни­ка­ких намёков ни на его ‘адитское происхождение, ни на его долголетие. Точно так же нет упоминания о Лукмане в связи с раз­лич­ны­ми ссылками на ‘адитов и их пророка Худа . Лукман впервые он появляется в аяте 31:12, где говорится, что Бог [Ал­ла̄х] дал ему мудрость. В аятах 13 и 16–19, Лукман даёт благо­чес­тивый совет своему сыну. Трижды он начинает с фор­му­лы «О мой дорогой сын» [йа̄ бунаййа].

Лукману приписывалось всё, что считалось благочестивым или разумным. Вахбу ибн Мунаббиху приписывают слова о том, что он прочитал 10 000 глав (баб) мудрости Лукмана. Арабские сборники пословиц (особенно сборник аль-Майдани) во мно­гом приписывают Лукману. Ас-Са‘ляби посвящает главу своего К̣ис̣а̄с̣ аль-анбийа̄’ мудрости Лукмана. Мно­гие вы­ска­зы­ва­ния, по-видимому, связаны с сурой Лук̣­ма̄н. Аят 14 советует почитать родителей, но предостерегает от то­го, что­бы они не вве­ли их в заблуждение и не поклонялись ложным богам. Ас-Са‘ляби привёл следующие слова Лукмана:

• «Будь снисходителен к своим друзьям, но никогда не действуй против Законов Бога»;
• «Отец, бьющий своего сына, подобен воде для урожая»;
• «Когда ты увидишь людей, поминающих Бога, присоединяйся к ним; если имеешь знание, то оно пригодиться тебе с ни­ми, и они умножат его; если у тебя их нет, то они научат тебя; а когда увидишь людей, не поминающих Бога, не при­со­еди­няйся к ним; ибо если у тебя есть знание, оно не поможет тебе с ними, а если ты невежественен, то они ум­но­жат твоё невежество».

Лукман также даёт отличный совет отправляющимся в путешествие, и добавляет, что путник должен быть вооружён. Аль-Май­да­ни приписывает Лукману изречение: «Посоветуйся с врачом, прежде чем забо­леть». Возможно, что многие из этих пос­ло­виц начали проникать на Ара­вий­ский полуостров в период джахилиййи.

Все традиционные учёные-богословы, за исключением ‘Икримы, согласны с тем, что он не был пророком. Тем не менее, он упо­минается в большинстве книг жанра к̣ис̣а̄с̣ аль-анбийа̄’ («истории пророков»). В боль­шинстве рассказов говорится, что Бог предложил Лукману выбор между тем, чтобы стать пророком или мудрецом, и что он выбрал последнее. Он даже ста­но­вит­ся визирем царя Давуда (Давида) , который говорит ему: «Благословен ты, о Лукман. Тебе дана мудрость и из­бав­ле­ние от скорби, а Давуду дана власть, и он претерпел испытания и восстание». Большинство преданий дают ему биб­лей­скую ге­неа­ло­гию, по-разному связанную с пророком Ибрахимом (Авраамом) , Аййубом (Иовом) и даже с Баль‘амом (Вала­амом). Го­ворят, что он жил до времён пророка Йунуса (Ионы). Аль-Вахиди сообщил, что его также называют судьёй евре­ев. Не­ко­торые источники делают Лукмана автором книги. Предпо­ло­жительно, пророку Мухаммаду ﷺ показали свиток [ма­джал­лят̈] Лукмана и спросили, сравнима и ли его Писание, с находящейся у него в руках, на что Пророк ﷺ ответил: «Это пре­крас­ные сло­ва, но то, что есть у меня кое-что лучше, а именно Коран, явленный Богом».

Ас-Са‘ляби и аль-Байдави при­во­дят следующую генеало­гию: Лукман ибн Ба‘ӯр ибн Нах̣ӯр ибн Та̄рӣх̮. Некоторые мусуль­ман­ские толкователи искали что-то, что соответ­ствовало бы Лукману в Библии. Они нашли это у Валаама, так как корни б-л-‘ и л-к̣-м означают «глотать».

Притчи Лукмана

В средние века Лукман также стал считаться автором притч. Возможно, это отчасти связано с тем, что слово амс̱а̄ль на араб­ском языке означает и «пословицы», и «притчи». Комментаторы Корана упоминают предания о том, что он был «чёр­ным рабом с толстыми губами и плоскостопием» эфиопского или нубийского происхождения. Говорят также, что он был егип­тянином, плотником, пастухом, и у него были деформированные ноги. В одной из притч сообщается, что хозяин Лук­ма­на при­ка­зывает ему зарезать овцу и выложить перед ним самые лучшие части. Лукман дает ему язык и сердце. Затем его хо­зя­ин приказывает ему зарезать еще одну овцу и принести ему худшие части. И снова Лукман ставит перед ним сердце и язык, ибо нет ничего лучше доброго языка и доброго сердца и ничего хуже если они злы.

В другом случае товарищи-рабы Лукмана едят смокву (инжир, фиги) своего хозяина и обвиняют в этом Лукмана. По пред­ло­же­нию Лукмана хозяин заставляет их всех пить тёплую воду. Лукмана рвёт только водой, других рабов — смоквами и во­дой. Однажды хозяин Лук­ма­на будучи пьяным поспорил со своими друзьями, что выпьет море. Протрезвев, он спросил сове­та у Лук­мана. Послед­ний тре­бует от тех, кто заключил пари, чтобы они сначала перегородили все реки, впадающие в море, так как его хозяин обе­щал вы­пить только море, но не его притоки. Эти притчи также можно найти в биографии Эзопа, напи­сан­ной мо­нахом Пла­нудом (ум. 1305), который опирался на более ранние материалы. История спора, чтобы выпить море, из­вест­на ещё в Пире семи мудрецов Плутарха и в Мидраше.

Старая арабская литература не знает притч Лукмана. Впервые они появляются в позднем средневековье. Парижская ру­ко­пись с 41 притчей Лукмана, опубликованная Ж. Деренбургом (J. Derenbourg), датирована 1299 годом и принадлежит хрис­ти­анам. Эти притчи часто публиковались и подробно обсуждались, особенно Деренбургом, Бассе (Basset) и Шовеном (Chau­vin). Из 41 притчи только № 22 не имеет чётких параллелей: терновый куст просит садовника ухаживать за ним, чтобы цари мог­ли наслаждаться его цветами и плодами; садовник поливает его два раза в день, а терновый куст заполонил весь сад. Все ос­тальные притчи Лукмана, за исключением тринадцатой (комар и бык), встречаются в сирийских притчах Софоса (= Эзопа), опуб­ли­кованных Дж. Ландсбергером (J. Landsberger). Единственные притчи Лукмана, которых нет у греческого Эзо­па, — это № 9 (газель в колодце), № 22 (терновник), № 24 (оса и пчела) и № 40 (человек и змеи). Было замечено, что в этих притчах не иг­рает роли ряд важных животных, которые были местными среди арабов, такие как страус, гиена, шакал и вер­блюд. Посколь­ку эти притчи впервые появляются в позднем средневековье и на основании других свидетельств, можно пред­по­ложить, что здесь мы имеем перевод и адаптацию сирийской версии Эзопа, возникшей в христианских кругах мам­люк­ской Си­рии.

В персидской и турецкой литературе и преданиях

Лукман был довольно популярной фигурой в персидской литературе. Ему посвящена длинная глава в персидском к̣ис̣а̄с̣ аль-анбийа̄’ ан-Нисабури 11 века, который содержит притчи, имеющиеся в арабском к̣ис̣а̄с̣, а также некоторые новые материалы. Руми посвящает Лукману несколько историй в своей Мас̱нав̌ӣ. В дополнение к известной притче о невиновности Лукмана, до­ка­зан­ной тем, что он выпил теплую воду, Лукман появляется как идеализированный аскет, который является «чистым ра­бом» своим земным и небесным хозяевам и, таким образом, является хозяином самого себя и свободен от чувственных страс­тей. В этой истории Лукман — настоящий хозяин, а его хозяин — раб. Он обменивается одеждой и ролями с Лукманом, ког­да они пу­тешествуют. Он с радостью освободил бы его, но знает, что Лукман обрёл истинную свободу в рабстве.

В другой притче хозяин Лукмана ест только ту пищу, от которой отведал Лукман, и приходит в восторг даже от объедков. Од­наж­ды, получив в подарок дыню, он даёт Лукману ломтик за ломтиком. Последний ест его, как будто это мёд. Когда сам хо­зя­ин пробует последний кусок, его рот наполняется волдырями от кислоты. Он спрашивает Лукмана, как он мог съесть та­кой яд. Лукман отвечает, что получил от него такую ​​щедрость, что не мог поступить иначе. Любовь дающего делает горь­кое сладким. Са‘ди рассказывает историю, в которой Лукман снова является идеализированным аскетом в персидской фор­ме. По ошибке его помещают в жестокое рабство на год. Он переносит всё молча, а когда ошибка выявляется, то он не дер­жит зла и говорит, что благодаря этому опыту он научился состраданию.

Лукман был известен туркам как по арабской, так и по персидской литературе. В дополнение к своим стандартным ролям он также появляется в турецком фольклоре как арабский врач благодаря расширению своего титула х̣акӣм. В одной притче Лук­ман учит авантюриста Мехмеда Безумного, как вылечить жену и дочь царя и жену великого визиря, у которых вы­рос­ли рога.

Литература

Использованная литература

• B. Heller and N.A. Stillmann, Luḳmān // Encyclopaedia of Islam, Second Edition. — Leiden : E. J. Brill, 1986. — Vol. V (Khe—Mahi). — P. 811-814. (англ.)

Дополнительная литература

• М.Б. Пиотровский, Лук̣ма̄н // Ислам: энциклопедический словарь. — М. : Наука, 1991. — С. 147—148. (рус.)
• А.А. Али-заде, Лукман // Исламский энциклопедический словарь. — М. : Ансар, 2007. (рус.; CC BY 3.0)
• Ö.F. Harman, Lokman // TDV İslâm Ansiklopedisi. — İstanbul, 2003. — c. 27. s. 205-206. (тур.)

Информация о статье

• Автор: Нагметов, Р. Ш.; E-mail: feedback@quranacademy.org.
• Библиографическая ссылка: Лукман [Электронный ресурс] // QuranAcademy.org: Академия Корана. 2022 г.
• URL: http://ru.quranacademy.org/encyclopedia/article/Luqman
• Дата первой публикации: 13 сентября 2022 г.

Сотрудничество

Академия Корана при­гла­ша­ет к сотруд­ни­чест­ву авторов статей, редакто­ров, пере­вод­чи­ков, волон­тёров и т. д. Об ус­ло­виях сотрудни­чест­ва и других интере­сую­щих Вас вопросах мо­же­те спросить в на­шем Те­ле­грам-ак­каунте.

Основной автор этой статьи — участник Maqivi. Если вы хотите обсудить содержание статьи, то перейдите на страницу обсуждения статьи или на страницу обсуждения участника. Ссылки: 🔍 Просмотр (адм, арх, dev) / Википедия (цит.) / Iequran (л,с, а) / corpus / Brill: (1, 2, 3) / EQ / Islamica (ш, с) / TDVIA (ш) / ИЭС’91 / Али-заде Мета-теги:  / Google (hqa) / Яндекс : * {{TDV||статья||yıl=|cilt=|sayfa=}}